Еретик. Книга первая полностью

– Ты хочешь что-то у меня спросить, Венсан?

– Вы сами – верите в это?

– Да. – Ответ последовал без колебаний, и в глазах Венсана мелькнул огонек победы.

– Я тоже верую в это! – воодушевленно воскликнул он.

Вивьен усмехнулся.

– Подвергать мои слова сомнению с твоей стороны было бы глупо.

– Простите? – не понял Венсан.

– Ты не усомнился в чистоте моей веры. Ведь ты спросил, верую ли я. И я ответил. А вопрос изначально был адресован тебе. И ответа на него я не услышал.

Венсан склонил голову, постаравшись не выдать досады.

– Я простой человек, господин инквизитор. Мне не дано так искусно играть словами.

– Тогда ответь на простой вопрос, Венсан. Учил ли ты свою дочь Женевьеву исповедовать учение, идущее вразрез с учением истинной Церкви?

– Как я уже говорил вам, господин инквизитор, – смиренно покачал головой Венсан, – я никогда не исповедовал никакой другой веры, кроме истинной христианской, и не учил этому никого.

Вивьен терпеливо вздохнул.

– Прекрасно. Тогда не затруднит ли тебя в этом поклясться?

Венсан чуть пожевал губу.

– Если вы приказываете мне дать присягу, то… я готов поклясться.

Вивьен качнул головой.

– Что ты, Венсан! – осклабился он. – Я ни в коем случае не принуждаю тебя давать присягу. Я спрашиваю лишь о том, хочешь ли ты поклясться, но ты ведь не хочешь, верно? Согласно твоему верованию, дать клятву – грех. И ты хочешь, чтобы он лег на мою душу, потому что я принудил тебя. – Вивьен тяжело вздохнул. – Прости, Венан, но такую клятву я от тебя не приму. Я приму ее от тебя, только если ты пожелаешь принести ее. Сам.

Арестант заметно напрягся, руки нервно сжались в кулаки и тут же разжались.

– Но… если вы не приказываете этого, для чего же мне присягать?

Вивьен прищурился.

– Разве ты не хочешь смыть с себя подозрение в ереси?

Венсан уже раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но осекся, посмотрев на дочь.

– С себя? – переспросил он.

– Да, Венсан, с себя, – кивнул Вивьен. Он повернулся к девочке, сидевшей в углу, и буднично произнес: – Женевьева, дитя мое, мне очень жаль, что ты обманула меня. Твой отец готов поклясться, что никогда не исповедовал еретических учений. Это значит, что ты впала в ересь без участия своего отца. Его мы отпустим домой, а с тобой придется продолжить с того самого места, на котором мы остановились. Ренар, надеюсь, жаровня еще не остыла?

– Ее недолго разжигать, – мрачно отозвался Ренар.

Глаза Венсана округлились. Женевьева ахнула и зарыдала в голос.

– Стойте! – воскликнул Венсан.

– Мы ведь еще ничего не сделали. Мы начнем, как только ты скажешь, что желаешь принести клятву и произнесешь ее. Сам, без подсказок. После этого тебя уведут отсюда, а мы попросим палачей перенести твою дочь на стол, возьмем раскаленные добела прутья и…

– Нет! – воскликнул Венсан, из глаз его брызнули слезы. – Нет, прошу вас! Пожалуйста! Она же еще дитя!

– Она – дитя, впавшее в ересь, Венсан. Наш долг – бороться с дьяволом за ее душу. – Глаза Вивьена смотрели холодно и строго. – И нам не стоит терять времени. Я жду твоего решения: желаешь ли ты принести клятву?

Венсан закусил губу, на лбу выступили маленькие бисеринки пота. Каждый всхлип дочери вонзал иглу в его сердце. Внутри него боролись страх наказания и желание спасти дочь.

«Сделай правильный выбор, черт тебя побери», – цедил про себя Вивьен. – «Ты учил свою дочь ереси, так сознайся же в этом!»

– Я не услышал твоего ответа, Венсан.

– Прошу вас… Женевьева ни в чем не виновна, она не…

– Мы сейчас говорим о твоей судьбе. Не о ее. Твою дочь кто-то научил ереси, и мы должны выяснить, на ком лежит ответственность за это. Если это не ты, то мы не станем тратить время на разговоры с тобой. Скажи, желаешь ли ты принести клятву.

Венсан вновь сжал руки в кулаки.

– Я…

– Желаешь или нет? Это простой вопрос, а я уже начинаю сомневаться в твоей искренности.

Венсан резко выдохнул.

– Нет! – воскликнул он. – Я не желаю приносить клятвы, чтобы меня выдворили отсюда и подвергли мою дочь пытке! Я желаю сделать признание, господин инквизитор, прошу, выслушайте меня! Я, Венсан, признаюсь в том, что впал в еретические заблуждения, вступив в ряды секты вальденсов. В эту же секту я повлек за собой свою дочь Женевьеву, но она не понимала, что делала! Прошу, не наказывайте ее!

Вивьен постарался скрыть свое облегчение.

– Кто еще в городе является членами вашей секты, Венсан? Назови мне все имена.

Венсан назвал девятерых. Ренар внимательно записал за ним все девять имен. Вивьен спросил о ритуалах осквернения Святых Даров. Венсан признался и в этом. Из глаз его текли слезы, и Вивьен прекрасно видел, что арестанту приходится признавать все, в чем его готовы обвинить, лишь бы спасти свою дочь от пыток. Такова была цена. Разумеется, Венсан пожелал воссоединиться с Церковью и отрекся от своих заблуждений. Он криком призвал свою дочь сделать то же самое, и на этот раз Вивьен не стал останавливать его. Женевьева невнятно пробормотала, что отрекается от заблуждений, хотя Вивьен не был уверен, что она до конца понимает смысл происходящего здесь.