Из зала начали выходить люди. Чтобы не привлекать их копи ЭНИе к нашим персонам, я повел девушек по дворцовым в одну и3 комнат на верхнем этаже западного крыла. В свое время я устроил там рабочий кабинет — точнее, маленькую комнатку, где можно было посидеть и подумать в одиночестве. Эта маленькая и темная комната имела огромное преимущество — в ней находился открытый камин. В моих апартаментах камин давно заменили настенными обогревателями, но здесь сохранился уют минувшего века. Мне нравилось приходить сюда во время штормов.
В комнате было темно, однако я знал тут каждый уголок. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы найти трутницу и зажечь сухие водоросли, лежавшие в камине. Палатина включила две изолампы.
— Похоже, ты привык к комфорту, — сказала она, растянувшись на софе лицом к огню.
Прежде эта комната была пустой, как стол танетянского чиновника. Пару лет назад я украсил стены старинными гобеленами и перенес сюда удобную мебель. Мы с Равенной сели на вторую кушетку.
— Все это очень подозрительно, — задумчиво сказала Палатина.
Девушка очарованно смотрела на танцующее пламя. Возможно, она видела камин впервые в жизни. В Фетии они не использовались — там было слишком жарко. В последнее время я обходился без дымохода, потому что жег не дрова, а остатки огненного дерева, доставшиеся мне после очистки реактора на «Мардуке». Вряд ли на Аквасильве нашелся бы второй такой богач, который стал бы жечь в камине свежее огненное дерево.
— В каком смысле? — спросила Равенна, развязав широкий бант и высвободив волосы.
Жаль, что они не вьются, подумал я. Мне вспомнился наш договор, и я почувствовал стыд за свое недоверие к ней. Такой же стыд одолевал меня, когда я завидовал дружбе Палатины и Гамилькара.
— Мы столкнулись с интересами двух групп. Форит хочет завладеть контрактом на продажу железа. Его люди пытаются подкупить Совет и саботировать договор с Гамилькаром. Их усилия вполне очевидны и поддаются прогнозу. Другой группой является Сфера. Но я пока не понимаю, что нужно жрецам…
Палатина села и склонилась к огню. Ее речь, как обычно, сопровождалась активной жестикуляцией рук.
— Они меняют старого аварха и переводят его с повышением в Фарассу. Зачем им так спешить? Через год-другой Сиана и так удалился бы на покой. Чтобы скрыть свои замыслы, им пришлось отдать ему тепленькое местечко в зиккурате. А между тем Лечеззар довольно скуп на почести.
Я пожал плечами и неуверенно предположил:
— Через год-другой Премьер мог отправить Сиана на пенсию. Почему он с такой поспешностью послал к вам Мидия?
Равенна убрала со лба непослушную прядку волос и задумчиво сказала:
— Вполне возможно, что эти интриги вообще не касаются Лепидора. Допустим, Лечеззар решил назначить Мидия экзархом. Для этого жрецу необходим как минимум годичный стаж аварха. Или его попросту сослали сюда за какую-то провинность, чтобы он не мозолил кому-то глаза. К сожалению, я не могу предложить вам других вариантов. Но не забывайте и об Этле. Мы о ней пока еще ничего не слышали.
— Неужели не нашлось бы более пригодного аварха?
— Сиане дали пост секретаря не за ум и особые заслуги, — напомнил я Палатине. — У Сферы много почетных должностей, которые ровным счетом ничего не значат. Сархаддон рассказывал мне, что при необходимости они попросту придумывают новые.
— Я допускаю, что эти должности ничего не значат. Но почему такая спешка? У Сферы около трехсот авархатов. Через месяц или два в одном из них появилась бы вакансия. Нет, это не просто карьерный рост фаворита. За сменой аварха стоит что-то серьезное.
— Я могу спросить у Сианы, что он знает о Мидии. Старик был моим наставником, и я в любом случае собирался повидаться с ним. Думаю, вам не нужно идти со мной. В вашем присутствии он не станет откровенничать, и мне будет труднее разговорить его.
С наступлением вечера я закутался в штормовку и, выйдя на улицу под ветер и дождь, направился в храм, расположенный неподалеку от дворца. В моем визите не было ничего подозрительного, хотя, конечно, я скрывал свои истинные намерения. Когда знакомый послушник открыл мне дверь, я сказал ему, что после долгого отсутствия хотел бы выразить аварху свое нижайшее почтение. Он пропустил меня в храм и указал на лестницу, которая вела в ту часть здания, где находился кабинет Сианы.
