— Я видел его час назад. Аварх сказал, что обязательно придет на собрание.
Отец уже хотел послать кого-нибудь за жрецом, но дверь открылась, и в зал, опираясь на посох, вошел Сиана. Последние серые прядки его бороды стали белыми как снег. В остальном он ничуть не изменился с тех пор, как я видел его в компании Сархаддона восемнадцать месяцев назад. Сколько ему было лет? Кажется, семьдесят три?
— Прошу прощение за опоздание, — сказал старик и, прихрамывая, направился к креслу. — Мы получили депешу из Священного города.
В свое время Сархаддон объяснил мне, что «депешами» назывались письма высочайшего приоритета. Они приходили от экзархов и обычно содержали настоятельные указания.
— Мы можем узнать, что было в письме? — спросил отец.
— Конечно. Тем более что я официально должен объявить о нем Совету.
Отец кивнул и предложил считать заседание открытым.
— Аварх, пусть ваше объявление будет первым в повестке дня. Сиана не возражал.
— Джентльмены, надеюсь, вы простите меня за то, что я останусь сидеть в кресле. Больные ноги требуют покоя. Итак, сегодня мы получили письмо с уведомлением о моей замене. Премьер Лечеззар решил вознаградить меня за долгую службу в Лепидоре. Мне предложена вакантная должность секретаря в зиккурате Фарассы. Мой преемник, аварх Мидий, уже в пути и скоро будет здесь.
В зале воцарилась тишина. Затем отец захлопал в ладоши, породив волну аплодисментов и поздравлений. О боги! Как же так? Сиана был авархом Лепидора со времен моего деда! Он прослужил в местном храме двадцать пять лет, и мы не ожидали, что его заменят так молниеносно. По какой причине его переводили на престижный, но малозначительный пост в зиккурате? Почему именно сейчас?
Смена жреца не сулила нам ничего хорошего. Имя Мидий было хэйлеттитским, а городам Океании полагалось иметь на службе местных авархов. Что, если новый жрец окажется фанатиком? Я не мог выражать свои сомнения на открытом заседании Совета. Такие вопросы следовало обсуждать наедине с друзьями и отцом. Мне хотелось расспросить Сиану. Возможно, он знал этого Мидия.
— Мы опечалены вашим отъездом и желаем вам удачи на новой должности, — произнес отец.
Каждый из советников спешил высказать свои сожаления и пожелания. Когда шум утих и восстановился относительный порядок, граф спросил у Сианы:
— Когда прибудет ваш преемник?
— Его манта покинула Танет четыре дня назад. Он доберется до Лепидора примерно через полмесяца.
— Тогда в начале следующей недели мы устроим банкет в вашу честь. Конечно, это малая награда за двадцать семь лет службы на посту аварха, но Премьер заменяет вас с такой поспешностью, что мы просто не успеем подготовить более торжественные проводы.
Чуть позже Совет перешел к обсуждению тарифов подводной гавани.
Я обдумывал тревожную новость. Суть происходящего имела логическое объяснение: Сиана, добрый глуповатый старик, вполне подходил для сонного и провинциального Лепидора. Но город быстро превращался в промышленный центр — самый крупный к северу от Фарассы. Премьеру требовался более харизматичный и, возможно, фанатичный человек. Скорее всего к нам направили какого-то карьериста, который использовал сан аварха как ступень для получения звания континентального экзарха, и далее — помощника Премьера. Я боялся, что Мидий окажется протеже Лечеззара. Это ставило нас в большую опасность. Я вдруг понял, что больше всего беспокоюсь о Равенне.
Мы быстро прошли по пунктам повестки. Перед заседанием Атек предупредил меня, что последний вопрос будет самым важным. Одна из фракций Совета предложила аннулировать контракт с Гамилькаром, если тот по тем или иным причинам потеряет груз железа. Этой группировке не нравился наш выбор. Глупцы! Они не разбирались в ситуации! Им хотелось безопасного союза с крупным торговым домом. А что, если их протест объяснялся предательством? Как сказала бы Палатина, деньги Форита начали действовать. Фракцию возглавлял крючконосый Мезений, торговавший в Лепидоре специями. Его ярым сторонником былХаалук — управляющий рудника. Похоже, он передумал возвращаться на родину.
— Граф, дом Барки уже дважды подвергался пиратским атакам. Вторая была предотвращена по чистой случайности. Интерес пиратов к Гамилькару может привести нас к банкротству. При потере одной партии груза наш город уже войдет в долги. Захват другого корабля разорит не только Барку, но и Лепидор.
— Пиратские атаки вынуждают нас предпринимать решительные действия, — ответил отец. — Продав железо, торговый дом Барка улучшит оснащение мант и, возможно, купит новые корабли. На мой взгляд, мы выгадаем больше, если будем полагаться на долговременные отношения и доверие к партнеру. Я думаю, нам не следует менять торговые дома при встрече с первой же проблемой.
— Доверие не спасет нас от банкротства, — агрессивно выкрикнул Хаалук.
— От банкротства вас спасет «Мардук», — гордо сказал Дальриад. — В нескольких следующих рейсах я лично буду сопровождать «Финикию».
— А кто тогда будет защищать наши грузы? — запротестовал Мезентий. — Это не выход из положения. Вы оголите оборону Лепидора.
