– Я суть вижу, – коротко ответила она, не поднимая взгляда. – Так что ты иди, тебе здесь больше делать нечего.
С этими словами она развернулась и пошла прочь, махнув рукой – как будто отпуская.
– Слушайте, вам не кажется, что это наглость? – возмущение тут же вытеснило досаду.
– Кто бы тут меня в наглости упрекал, – старушка все же повернулась ко мне лицом. – Ну что ты хочешь узнать? Кто медальон дал? Так не скажу, права не имею. Откуда знаю всё про тебя? Дар такой, суть истинную видеть. Кто я такая? Зови меня Дэбой, если тебе так легче будет. Убить меня хочешь? Тогда действуй, а не вопросы задавай. Но вымещать злость на себя на мне и на других не надо. Я тебе зла не сделала, – она уперла руки в бока, выпятив груд вперед, словно ожидая тех самых убийственных действий.
Я стояла, глядя на неё, миг, второй… А потом обошла и зашагала прочь.
Она ничего мне не сделала, наоборот, отдала утерянный родовой артефакт. И не обязана на мои вопросы отвечать.
– Стой, – оклик донесся до меня, когда я уже почти вышла из деревушки.
Мой разворот назад получился таким же быстрым, как и первые шаги от Дэбы. Оказалось, она не стояла на месте, а шла ко мне. Идти навстречу я не стала: спокойно дожидалась, пока Дэба сама подойдет.
– Возьми, – в её протянутой руке лежал небольшой вязаный мешочек. – Когда почтишь память, развей это по ветру.
– Зачем? – но мешочек всё же взяла и положила в карман.
Её взгляд стал мягче. Улыбка – почти материнской.
– Когда судьба кого-то забирает, она всегда что-то приносит взамен. Но иногда заигрывается и забывает. Пора вернуть баланс, – Дэба подмигнула и, не дожидаясь моей реакции, зашагала прочь.
А я стояла, понимая, что бессмысленно догонять и что-то уточнять. Не ответит.
***
Звук текущей воды меня всегда успокаивал. Возможно, это связано с маменькой, ведь вода – её основная стихия. А может быть, дело в том, что только вода способна поглощать любую энергию. Вот и сейчас, сидя около ручейка, который приметила ещё с пригорка, я чувствовала такое необходимое мне сейчас умиротворение. События последних дней меня сильно выбили из колеи, даже годы практики самоконтроля не спасали. Слишком много непредвиденного происходило почти одновременно.
Однако сегодня был тот день, когда нужно отгородиться от всего, что происходит вокруг, чтобы погрузиться в самые счастливые моменты жизни и почтить память того, кого уже никогда не будет рядом.
Оглядевшись по сторонам и убедившись в отсутствии кого бы то ни было в обозримом пространстве, я поставила защитный купол и закрыла глаза, чтобы остаться наедине со своими чувствами и воспоминаниями.
В памяти я снова вижу его улыбку и глаза, полные жизни и смеха. Прошли годы, а я всё ещё ловлю себя на мысли, будто он вот-вот появится, как раньше – внезапно, с шуткой наготове.
Он был моим защитником. Моим другом. Моим маяком в темноте. Только с ним я могла говорить обо всём: о страхах, мечтах, глупостях и великих планах. Он был моим старшим братом и лучшим учителем – тем, кто сделал меня такой, какая я есть.
– Асти, если ты собираешься так стрелять из лука, то враги точно умрут на месте. Со смеху, – едва сдерживая смех, комментирует он мою позу, едва я встаю в стойку.
Я недовольно поджимаю нижнюю губу, опуская лук. Это явно не то, что хочется услышать после моего горделивого заявления: «Я стану лучшим стрелком Долины!».
– Правда, Асти, это не стойка, а какое-то недоразумение, – не унимается Арес.
И ведь не скажет, как нужно стать, пока я сама не попрошу. Мы давно с ним условились, что он не дает мне непрошеных советов. Только вот условия про «не смеяться над сестрой» не было, а надо бы.
– Хоррррошо, – сквозь зубы цежу я. – Покажи, как нужно.
– А волшебное слово? – брат перестает смеяться, но глаза сияют смешинками.
– Не расскажу папеньке о твоей ночной вылазке к Сандре, – отвечаю с самой невинной улыбкой.
– Ах ты, маленькая шантажистка, – притворно возмущается Арес, после чего подходит ближе.
Взгляд его становится серьезным, от прежнего веселья не остается и следа.
– Мало иметь зоркий глаз для успешного выстрела. Правильная стойка – половина твоего успеха.
– А вторая половина? – мой голос выдал нетерпение.
– Качество лука, зрение, умение оценить силу ветра, угол направления, сила натяжения тетивы и капелька удачи, – перечисляя, он загибает по одному пальцу левой руки на каждый пункт, а когда они заканчиваются, поднимает большой палец вверх на другой руке.
– Не очень вдохновляет, впрочем, как и всё, что касается обучения.
– Брось, ты всегда схватываешь на лету, – ладонь брата отпускается на мою макушку и треплет волосы.
Его излюбленный жест, который меня очень раздражает. Потом вечно на голове «воронье гнездо». Не дав мне возмутиться, он переходит к делу, и я мгновенно забываю о своих волосах.
– Ноги на ширине плеч, стопы направлены немного в стороны, это обеспечит устойчивость. Ведущую ногу можешь выставить чуть вперед, задняя – под прямым углом к линии прицеливания.