На секунду у меня перехватило дыхание. Я не знала, как реагировать – слова были слишком неожиданными.
– Каждый твой взгляд, каждое слово, каждый порыв – это не игра. Ты делаешь так, как считаешь нужным и верным, даже если это приводит тебя к разрушению.
Я ничего не ответила. Просто стояла, вцепившись в собственные локти, пытаясь сдержать разлетающиеся осколки самой себя.
– И ты вряд ли изменишься, – продолжил он чуть тише. – Но я готов.
Он сделал шаг, снова уничтожая расстояние между нами. Но в этом не было давления, только открытая решимость.
– Я хочу быть рядом, чтобы снимать с тебя заклинания. Вытаскивать из озёр. Отпаивать отварами. Даже учиться разрушать эльфийские чары, если понадобится, – от его голоса и слов становилось больно и тепло одновременно.
Я вскинула на него взгляд. Рианс встретил его с уверенностью, которой невозможно противиться.
– У тебя много тайн, Астрид Веленская, – шепнул он, склоняясь чуть ближе. – Проклятье, да я даже не уверен, что это твоё настоящее имя.
Я открыла рот, чтобы что-то возразить, хотя бы попытаться сохранить остатки защиты, но он снова опередил меня:
– Но представляешь? – его губы растянулись в улыбке. – Меня это больше не волнует. Давай вместе разгадывать тайны друг друга. И пусть хоть сам Хаос меня проклянет, но я не готов отказаться от тебя.
И прежде, чем я успела что-то сказать, прежде чем смогла снова ударить словами… Он поцеловал меня. Его губы были теплыми, неторопливыми. Он не навязывал ничего, но и не позволял мне сбежать. Он просто был.
Я сдалась. Больше не было сил бороться – ни с ним, ни с собой. Позволила себе почувствовать – всего на один украденный миг. И этого оказалось слишком много.
Когда мы отстранились, оба тяжело дыша, я всё ещё ощущала его прикосновение на губах.
– Скажи мне правду, Астрид, – услышала я его голос, будто далекий зов сквозь туман чувств.
Я зажмурила глаза, пытаясь удержаться за привычную пустоту, но Рианс мягко перехватил мою ладонь, не позволяя уйти в себя.
– Я не могу, – прошептала я, чувствуя, как пальцы дрожат в его руках.
– Можешь, – ответил он, крепко обнимая меня.
Я ощущала, как одна за другой рушатся мои стены. Сражаться стало невозможным. Попыталась вырваться, но он вдруг отпустил, давая свободу. Я посмотрела на его лицо – напряжённое, решительное, но в синеве глаз растеклась невыносимая нежность.
– Если хочешь оттолкнуть меня – сделай это сейчас, – сказал он, стоя в шаге от меня. – Либо прими меня.
Я сделала судорожный вдох. И отступила назад.
В его глазах на миг промелькнула грусть – глубокая, обжигающая. Но он не сделал ни шага вслед. Мы молча стояли друг напротив друга: я в попытках обуздать эмоции, Рианс… Не знаю.
Потом он глубоко вдохнул, шагнул ближе, осторожно, будто опасаясь разрушить последний хрупкий мост между нами. Его пальцы осторожно коснулись моего лица. Он провел ими по скуле, словно проверяя, не увернусь ли я от этого прикосновения.
– Ты боишься чувств, но всё равно не можешь не чувствовать, – прошептал он.
Он мягко проводит пальцами по моему подбородку, чуть сжимает, поднимая его, заставляя посмотреть в его глаза.
– Давай так, – его голос звучит с хрипотцой, словно ему тоже не хватает дыхания. – Ты можешь продолжать говорить, что это ничего не значит. Можешь бегать, – он делает паузу, словно подбирая слова.
И когда он говорит снова, в его голосе звучит только твёрдая уверенность.
– Но я буду рядом. Буду ждать, пока ты перестанешь убегать.
Я сглотнула, ощущая режущее чувство в горле:
– Почему?
Рианс чуть улыбнулся ласковой, редкой улыбкой, которую я видела всего пару раз.
– Потому что ты моя, даже если ещё не знаешь этого.
Хаос его побери. Я не знала, что сказать и как реагировать. И потому нашла только одно решение – уйти. На этот раз он не пытался меня остановить.
– Что за кислые лица с утра пораньше? – Локи стоял у ворот, прислонившись к каменной стене, будто дежурил там всю ночь.
Его ухмылка сулила либо неприятности, либо новые шутки – и я не знала, что сейчас раздражает больше.
Коротко выдохнула, поправляя поводья в руках, будто всматриваясь в дорогу. На самом деле – чтобы скрыть, как внутри всё ещё отдаётся эхом ночь. Проклятый поцелуй. Проклятый Рианс. И моя собственная слабость, от которой хотелось стянуть кожу.
– Просто предчувствие, что дорога будет не слишком мирной, – отозвался Никлас, потянувшись всем телом, как большой довольный кот.
Его взгляд скользнул по мне и Риансу с такой очевидной насмешкой, что захотелось ему подпалить шевелюру.
Локи вскинул бровь, не теряя наглого вида:
– Дорога или компания?
– Есть разница? – отозвался Андрас без эмоций.
Его пальцы нетерпеливо перебирали поводья, он явно хотел поскорее отправиться в путь.
Локи хмыкнул и, вместо того чтобы продолжить поддевать нас, сузил глаза, явно что-то соображая. Его взгляд коротко зацепил меня, потом Рианса, потом снова меня.