Никлас замер с надкусанным бутербродом во рту. Медленно дожевал, отложил бутерброд в сторону и с преувеличенным драматизмом обхватил голову руками.
– О, боги, ну почему именно я? – голос его дрожал от ложного страдания.
Тиана, не удостоив его даже взгляда, аккуратно разломила хлеб и пожала плечами.
– Ты сам согласился.
– Я думал, это было фигурально! – Никлас воздел руки к потолку с таким лицом, словно небеса вот-вот разверзнутся. – А ты все восприняла всерьёз! Я же рассчитывал, что ты скажешь: «Ой, Ник, спасибо за предложение, но у меня есть другой подопытный». А теперь… – он закатил глаза, будто готовился упасть навзничь, – я точно умру.
– Я подберу тебе хороший гроб, – невозмутимо отозвалась Тиана, пряча усмешку.
– Как трогательно, – Никлас провёл ладонью по лицу и повернулся ко мне, бросая взгляд полный мольбы. – Рианс, друг мой, разве ты позволишь им так поступить со мной?
Я усмехнулся, поставил кружку с чаем на стол.
– Перед этим мы ещё раз сходим к дому Лайона, – предложил вместо ответа. – Возможно, его отец объявился.
Как будто в подтверждение моих слов, дверь трактира со скрипом открылась, и в проёме показался мужчина. Он выглядел осунувшимся, но не пьяным, от него не разило перегаром, и в глазах горело отчаяние, смешанное с надеждой.
Лайон, до этого игравший с ложкой, радостно вскочил.
– Папа!
Мужчина, подломившись в коленях, рухнул на пол у порога, раскинув руки навстречу сыну.
– Лайон… Сынок… – его голос дрожал, а по щекам текли слезы. – Я думал… Я думал, что потерял и тебя…
Лайон бросился в его объятия, уткнувшись лицом в измятый ворот отцовской куртки. Мужчина крепко сжал сына, покачивая, словно боялся, что ребёнок исчезнет. Весь трактир умолк, наблюдая за этой трогательной встречей. Даже самые чёрствые из присутствующих замолчали.
– Сынок … – шептал он, гладя малыша по волосам. – Я искал тебя по всему городу… Я думал, что все потеряно…
Тиана чуть приподнялась. Казалось, она вот-вот бросится к ним, но она лишь медленно выдохнула и улыбнулась – тепло, широко, искренне. В этом было столько облегчения, будто часть её самой, тревожившаяся за Лайона, наконец, смогла дышать свободно.
– Ну что ж, одной проблемой меньше, – негромко заметила Астрид, откидываясь на спинку стула, хотя глаза выдали, что и её тронула эта сцена.
Никлас вскинул на нее возмущённый взгляд.
– Ты вообще человек? Где твое сердце, женщина?!
– Оно работает исключительно по моему усмотрению, – невозмутимо отрезала Астрид медленно отпивая чай из кружки.
Я невольно улыбнулся, а Тиана лишь покачала головой.
Когда мужчина с сыном ушли, мы вернулись к завтраку. Но через секунду Никлас вдруг резко положил ложку, громко цокнув ею по тарелке, покосился на дверь и выдал:
– Нет, ну он даже «спасибо» не сказал! А ты, между прочим, нянчилась с его сыном, – он ткнул пальцем в Тиану.
– Я рада, что домыслы соседей не оправдались, – мягко ответила она. – У Лайона хотя бы отец остался.
Дверь трактира снова заскрипела. На этот раз звук тянулся долго, словно кто-то входил нарочито неторопливо.
Эдна. Вошла, быстро осмотрела помещение, увидела нас, ухмыльнулась.
– О, а вот и вы, мои любимые заговорщики, – протянула она привычно. – Завтрак без меня? Нехорошо.
Она прошествовала к нашему столу, позволив плащу слегка развеваться, и без тени стеснения опустилась рядом с Андрасом, едва не задев его локтем. Бросив на него быстрый, почти кокетливый взгляд, она слегка наклонилась к нему:
– Как спалось, красный?
Андрас отвёл взгляд от тарелки, посмотрел на неё равнодушно. Он не сказал ни слова, просто позволил взгляду ненадолго остаться на ней. Затем спокойно кивнул ей, вернул взгляд к столу, взял нож и принялся разрезать омлет.
Но это лишь подстегнуло Эдну.
– Молчун, да? – её губы растянулись в более широкой улыбке. – Ладно, не хочешь разговаривать, буду просто смотреть. Всё равно удовольствие.
Я решил, что пора направить внимание на наш общий интерес:
– Когда нам ожидать Орден, Эдна?
Она нехотя оторвалась от изучения профиля Андраса и повернулась ко мне:
– Завтра утром. Им пришлось задержаться.
– Точно ли Орден в курсе происходящего? – Никлас недоверчиво посмотрел на неё.
Эдна проигнорировала его реплику и повернулась к Тиане:
– Раз моя теория с водой оказалась полной ерундой, хочу поучаствовать в проверке вашей. Вдруг она окажется рабочей?
Никлас тут же возмутился.
– Вот так просто?! – взорвался Никлас, ударив кулаком о стол. – Ты хочешь забрать лавры, которые принадлежат Тиане?!
– Пусть будет наблюдателем. Нам не помешает ещё одна пара глаз, – быстро осадил я его напор.
– О, мне нравится твоя разумность, Рианс, – усмехнулась Эдна, опять посмотрев в сторону Андраса. – Значит, договорились.
Таким образом, было решено, что в лабораторию отправляются Тиана, Никлас, я и Эдна.
– Я хочу разобраться с символом, – решительно заявила Астрид. – Нужно выяснить его значение.
Мне очень не хотелось, чтобы она лезла в это дело. Но я не успел ответить, как Эдна тут же с интересом глянула на Астрид:
– Какой символ?
– Расскажу, когда разберусь, – безапелляционно отвела вопросы Астрид.
Эдну это явно задело.