В голове вновь всплывали фрагменты встречи с Сартаром.
Я давно привык считывать угрозы, видеть скрытые намерения в словах, жестах, взглядах. Но этот тип был чудовищем, изменившим саму суть магии. Он поглощает ярость, обращая её в силу. И если в Эридоне появилось хоть одно существо, способное использовать магию без потоков, значит, баланс мира трещит по швам.
Астрид необходимо вернуться в Долину, под защиту. Ещё у ручья попытался сказать ей об этом, но она даже не дала мне договорить.
Я метался между обещанием и долгом. Я дал слово, что останусь на её стороне. Но как быть, если эта сторона всё больше напоминает тропу, ведущую её в пропасть? И уговоры бесполезны.
Мой взгляд остановился на Риансе с Никласом. Какое-то время я думал, что они просто оказались втянуты в эту историю, как и мы. Но чем дальше мы шли, тем яснее становилось: они знают гораздо больше, чем говорят. Раньше мне было всё равно, но теперь это стало задачей, которую я намерен решить.
– Можно начинать, – голос Рианса прервал мои мысли, вернув к реальности.
Мы принялись за установку накопителя. Всё проходило так же, как и в прошлый раз: формирование магического круга, привязка потоков, проверка устойчивости барьера. К счастью, сложностей не возникло. Никлас постепенно включился в процесс, привычно комментируя происходящее, но в его фразах сквозь улыбку просачивалась горечь.
– Знаешь, без твоих шуточек идти было как-то… тоскливо, – вдруг сказала Астрид, не глядя на Никласа и продолжая плести заклинание.
Я невольно задержал взгляд на ней.
Когда накопитель был активирован, Рианс отошёл проверить связь между всеми тремя точками. Я использовал момент, чтобы подойти к Астрид. Тихо, чтобы не услышали остальные, сказал:
– Ты должна вернуться в Долину.
Она не обернулась. Стянула перчатку, внимательно оглядела застёжку, поправила, будто эта мелочь важнее. Бросила через плечо холодно:
– Это не обсуждается, Андрас.
– Обсуждается. Ты не видишь, насколько всё серьёзно?
– О, вижу. Именно поэтому не вернусь, – повернулась, в глазах загорелся знакомый огонь. – Больше не поднимай эту тему.
Я выпрямился, молча наблюдая, как она отошла в сторону, будто ставя точку в вопросе.
– Нам стоит перекусить, прежде чем продолжить путь, – предложила Тиана.
И тут все одновременно вспомнили: провизии нет. Уходя из города, мы не думали, что не вернёмся туда после ночной вылазки. Так что еду придется добывать.
– Отличная идея, – Никлас потянулся, хлопнул себя по груди, где не так давно была рана. – А то в прошлый раз наш привал в лесу закончился знатной дракой. Хотелось бы разнообразия.
Внезапно магия внутри дала о себе знать лёгким толчком. Я задержал дыхание, прислушиваясь к шёпоту тьмы: кто-то приближался. Не один.
– Возможно, разнообразие уже идёт к нам, – сказал я негромко, глядя в тёмную чащу.
Астрид резко подняла голову, её руки мгновенно переместились к кинжалам. В секунду она стала собранной, жёсткой, готовой убить всякого, кто встанет на её пути.
И тут лес зашевелился. Деревья колыхнулись, раздвинулись, выпуская из чащи троих. Их одежда сливалась с окружающим миром: зелёные и коричневые ткани, кожаные ремни, изящные детали в виде серебряных листьев на наручах.
Эльфы, хозяева леса.
Увидев нас, один решительно вышел вперёд: высокий, с глазами цвета старого серебра. Тёмные волосы свободно падали на плечи, поза была свободной, но не расслабленной. Холодный изучающий взгляд встретился с моим. Я чуть сдвинул ногу, распределяя вес, а пальцы сжались на рукояти меча, согревая прохладный металл.
– Что вы здесь делаете? – задал он вопрос без лишних эмоций, но с оттенком снисходительности.
– С каких пор детей леса волнует то, что делают за пределами их границ? – вопросом на вопрос ответила Астрид.
Ее голос был вкрадчивым, но в нём звенела скрытая насмешка. Эльф перевел взгляд на неё, презрительно прищурился.
– Острый язык, – безразлично заметил он. – Видимо, ты не понимаешь, с кем разговариваешь.
Астрид равнодушно стала рассматривать свои ногти, как будто всё происходящее не стоило ни капли её внимания. Палец скользнул по краю ногтя, вычищая несуществующую пыль, и лёгкая усмешка тронула уголки её губ:
– Это вы, кажется, не понимаете, на кого нарвались. Или, точнее, зря пересекли границу своей уютной территории.
Тиана вздохнула и прикрыла лицо ладонью, очевидно, предчувствуя, к чему это приведёт. Эльфы редко любили людей, считали их недостойными своих эмоций, как вьюгу или жару, с которыми просто приходится мириться. Но если кто-то из смертных пробовал испытывать их терпение, исход всегда был один.
Никлас неожиданно оживился.