– Гипотеза. Пришлось додуматься и до такого – уж очень трудно подыскать мало-мальски приемлемую версию. А ведь только отвергнув все прочие версии, мы сможем сказать о той единственной, которая у нас останется:
Он долго молчал. Потом вдруг встрепенулся, пододвинул к себе лист бумаги и принялся писать.
– Что вы там пишете? – полюбопытствовал я.
– Составляю список,
Он писал минут двадцать, потом пододвинул ко мне несколько листков.
–
Вот что там было написано: