– Мой зять – отъявленный негодяй! – воскликнул он, переводя взгляд с одного лица на другое. – Конечно, он достаточно смазлив и обладает обходительными манерами. Я тоже попался на эту удочку. Полагаю, Дерек притворился убитым горем, когда вы сообщили ему новость, – если только это было для него новостью.
– Он был совершенно ошеломлен.
– Проклятый лицемер! – проворчал миллионер. – Небось изображал мировую скорбь?
– Н-нет, – осторожно ответил комиссар. – Я бы так не сказал. Как по-вашему, мосье Карреж?
Следователь соединил кончики пальцев и полузакрыл глаза.
– Шок, изумление, ужас – да, – проговорил он. – Но не великую скорбь.
– Позвольте спросить, мосье ван Алдин, – снова взял слово Эркюль Пуаро, – принесет ли финансовую выгоду мосье Кеттерингу смерть его жены?
– Она принесет ему два миллиона, – ответил ван Алдин.
– Долларов?
– Фунтов. Я перевел эту сумму на имя Рут, когда она вышла замуж. У нее нет детей, и она не оставила завещания, так что деньги отойдут к мужу.
– С которым она собиралась разводиться, – пробормотал Пуаро. – Ну да...
Комиссар быстро взглянул на него.
– Вы имеете в виду... – начал он.
– Я ничего не имею в виду, – перебил его Пуаро. – Я всего лишь констатирую факты.
Ван Алдин посмотрел на детектива с возрастающим интересом.
Маленький человечек поднялся и вежливо поклонился судебному следователю:
– Не думаю, что могу быть вам еще чем-нибудь полезен, мосье. Был бы вам признателен, если бы вы держали меня в курсе дела.
– Ну разумеется.
Ван Алдин тоже встал:
– Я вам больше не нужен?
– Нет, мосье, мы получили все сведения, в которых нуждались в данный момент.
– Тогда я пройдусь немного с мосье Пуаро. Конечно, если он не возражает.
– Я польщен, мосье, – с поклоном отозвался маленький человечек.
Ван Алдин зажег большую сигару, сначала предложив такую же Пуаро, но тот отказался, закурив одну из своих миниатюрных сигарет. Обладавший сильным характером, миллионер уже выглядел более или менее нормально. Пару минут он шагал молча, потом поинтересовался:
– Насколько я понял, мосье Пуаро, вы уже не занимаетесь вашей профессией?
– Вы правы, мосье. Я наслаждаюсь жизнью.
– И все же в этом деле вы помогаете полиции?
– Мосье, если врач идет по улице и происходит несчастный случай, разве он говорит: «Я удалился от дел и буду продолжать прогулку», когда рядом с ним человек истекает кровью? Если бы я уже находился в Ницце и полиция обратилась ко мне с просьбой о помощи, мне бы пришлось отказаться. Но это дело сам господь возложил на меня.
– Да, вы были на месте преступления, – задумчиво произнес миллионер. – Вы осматривали купе, не так ли?
Пуаро кивнул.
– И то, что вы там обнаружили, несомненно, навело вас на размышления?
– Возможно, – ответил детектив.
– Надеюсь, вы понимаете, куда я клоню, – продолжил ван Алдин. – По-моему, виновность графа де ля Роше абсолютно очевидна, но я не дурак. Последний час я наблюдал за вами и понял, что по какой-то причине вы не согласны с этой теорией.
Пуаро пожал плечами:
– Я могу ошибаться.
– Теперь мы добрались до услуги, о которой я хочу вас попросить. Не согласитесь ли вы заняться этим делом для меня?
– Для вас лично?
– Вот именно.
Некоторое время Пуаро молчал.
– Вы понимаете, о чем просите? – осведомился он наконец.
– Думаю, что да, – ответил ван Алдин.
– Отлично! Тогда я согласен. Но в таком случае вы должны откровенно отвечать на все мои вопросы.
– Само собой разумеется.
Поведение детектива внезапно изменилось. Он стал энергичным и деловитым.
– Это вы посоветовали вашей дочери подать заявление о разводе?
– Да.
– Когда?
– Дней десять тому назад. Я получил от нее письмо с жалобами на поведение мужа и заявил ей, что развод – единственный выход из положения.
– На что конкретно жаловалась ваша дочь?
– Ее мужа часто видели в обществе леди, пользующейся дурной славой, – Мирей, о которой мы говорили.
– Ага, танцовщица. И мадам Кеттеринг возражала? Она очень любила мужа?
– Я бы так не сказал, – поколебавшись, ответил миллионер.
– Вы имеете в виду, что страдало не ее сердце, а ее гордость?
– Можно сказать и так.
– Насколько я понял, брак был несчастливым с самого начала?
– Дерек Кеттеринг испорчен до мозга костей, – заявил ван Алдин. – Он не способен сделать женщину счастливой.
– Как говорят англичане, никудышный парень?
Американец кивнул.
–
– Я сам послал за ним и сообщил о своих намерениях.
– И что же он сказал? – поинтересовался Пуаро.
Лицо миллионера помрачнело.
– Он был чертовски дерзок.
– Простите за нескромный вопрос, мосье, но не упоминал ли он о графе де ля Роше?
– Он не называл его имени, но дал понять, что знает об этой истории.
– Могу я узнать, каково в настоящий момент финансовое положение мистера Кеттеринга?
– Откуда мне знать? – после недолгого колебания отозвался ван Алдин.
– Мне кажется весьма вероятным, что вы постарались получить сведения на этот счет.
– Ну, вы правы. Я выяснил, что Кеттеринг на мели.
