– Думаю, мы могли бы задать парочку вопросов мосье Кеттерингу, – пробормотал детектив.
Карреж отдал распоряжение, и спустя минуты две Дерек Кеттеринг, беспечный как всегда, вошел в кабинет.
– Доброе утро, мосье, – вежливо поздоровался следователь.
– Доброе утро, – отозвался Дерек. – Вы посылали за мной. Появились какие-нибудь новости?
– Пожалуйста, садитесь, мосье.
Кеттеринг опустился на стул, бросив на стол шляпу и трость.
– Ну? – нетерпеливо осведомился он.
– Пока что у нас нет свежей информации, – осторожно произнес Карреж.
– Интересно, – сухо промолвил Дерек. – Вы послали за мной, чтобы сообщить мне это?
– Естественно, нам казалось, вы хотели бы быть в курсе хода расследования, – строго заметил следователь.
– Даже если нет никаких новостей?
– Мы также хотим задать вам несколько вопросов.
– Задавайте.
– Вы вполне уверены, что не виделись и не говорили с вашей женой в поезде?
– Вполне. Я уже говорил вам это.
– Очевидно, у вас на то были свои причины.
Дерек с подозрением уставился на него.
– Я... не... знал... что... она... в поезде, – сказал он, старательно отделяя одно слово от другого, будто обращаясь к слабоумному.
– В самом деле?
Дерек нахмурился:
– Не понимаю, куда вы клоните. Знаете, что я думаю, мосье Карреж?
– Любопытно...
– Что французскую полицию здорово переоценили. У вас, безусловно, должны быть сведения о бандах, промышляющих в поездах. Возмутительно, что подобное могло произойти в
– Не беспокойтесь, мосье, мы во всем разберемся.
– Насколько я понимаю, мадам Кеттеринг не оставила завещания, – внезапно вмешался Пуаро, соединив кончики пальцев и внимательно глядя в потолок.
– Не думаю, чтобы она когда-нибудь этим занималась, – сказал Кеттеринг. – А что?
– А то, что вы унаследовали недурное состояньице, – пояснил детектив.
Хотя он смотрел вверх, однако заметил, как лицо вдовца залила краска.
– Кто вы такой и что вы имеете в виду? – спросил Дерек.
Маленький человечек снял ногу с ноги и перевел взгляд с потолка на молодого человека.
– Меня зовут Эркюль Пуаро, – спокойно ответил он, – и я, возможно, величайший детектив в мире. Так вы действительно уверены, что не видели в поезде вашу жену и не говорили с ней?
– Что значат эти вопросы? Вы намекаете, что я... убил ее? – Кеттеринг внезапно расхохотался. – Мне не стоило выходить из себя – это слишком нелепо. Если бы я убил Рут, мне было бы незачем красть ее драгоценности, верно?
– Верно, – с пристыженным видом кивнул Пуаро. – Я об этом не подумал.
– Если когда-нибудь существовало абсолютно ясное дело об убийстве и ограблении, так оно перед вами, – заявил Дерек. – Бедную Рут убили из-за этих проклятых рубинов. Должно быть, преступник знал, что она взяла их с собой. Кажется, из-за этих камней убивали и раньше.
Пуаро выпрямился на стуле. Его глаза блеснули зеленоватым огнем. Он походил на сытого, ухоженного кота.
– Еще один вопрос, мосье, – произнес он. – Когда вы в последний раз видели вашу жену?
– Дайте вспомнить. – Кеттеринг задумался. – Должно быть... да, более трех недель тому назад. Боюсь, что не могу назвать более точной даты.
– Не важно, – сухо произнес Пуаро. – Это все, что я хотел знать.
– Я могу идти? – с нетерпением спросил Дерек, глядя на следователя.
Тот вопросительно посмотрел на Пуаро и получил от него ответ едва заметным покачиванием головы.
– Да, мосье Кеттеринг, – вежливо ответил он. – Думаю, нам больше незачем вас задерживать. Желаю вам доброго дня.
Дерек сухо попрощался и вышел, захлопнув за собою дверь.
Пуаро сразу же наклонился вперед.
– Скажите, – резко спросил он, – когда вы говорили об этих рубинах мосье Кеттерингу?
– Никогда, – ответил Карреж. – Мы сами узнали о них от мосье ван Алдина только вчера во второй половине дня.
– Да, но о них упоминалось в письме графа.
Следователь выглядел оскорбленным.
– Разумеется, я не рассказывал об этом письме Кеттерингу, – с обидой проговорил он. – При данных обстоятельствах это было бы весьма неосмотрительно.
Пуаро постучал по столу.
–
