Адмирал посмотрел на Саар. Она работала с пространством и его парадоксами, ей могло быть понятно больше, чем остальным. Ей и Кану, который казался достаточно образованным, тем более с пхугом внутри — вампир вполне мог догадаться или даже знать, что происходит.
Они вернулись в зал, где их ждали близнецы, таинственные и торжествующие, словно после созерцания буйка и троса на всех должно было снизойти просветление. Однако никаких дискуссий не последовало — братья сразу предложили Ганзоригу начинать лекцию. Корабль, на котором они отправятся в аномалию, будет здесь через пару дней, и у адмирала не так много времени. Ганзориг не возражал, собираясь посвятить вечер анализу видеозаписей.
Он начал говорить, не обращая внимания на насмешливый взгляд Саар и недоумение Вальтера, а скоро вообще перестал их замечать.
Впервые Ганзориг увидел Соседей в шесть лет, когда был обычным мальчишкой из семьи скотоводов, кочевавших по северной Монголии со стадом лошадей. Однажды ночью маленький Имедей вышел из юрты и заметил в чёрном небе яркую оранжевую точку, стремительно летевшую на фоне звёзд. Самолёт. Ганзориг просто смотрел на него, ни о чём не думая, как вдруг самолёт остановился. Сначала Имедей решил, что он развернулся и летит теперь прямо на него, однако тут оранжевый огонёк сделал нечто удивительное — он разделился надвое, а потом ещё, и ещё! В полном изумлении Имедей смотрел, как больше десятка оранжевых огней устроили в небе настоящие гонки, словно играя друг с другом, стремительно летая во всех направлениях, а потом слились в единое целое и как ни в чём ни бывало полетели дальше.
Взволнованный и восхищённый, Ганзориг бросился в юрту и растолкал родителей, бабушку и брата, размахивая руками и оживлённо пытаясь объяснить, чему только что оказался свидетелем. Но когда, наконец, родители поняли, о чём он говорит, то не выразили никакого восторга. «Это не самолёт, — сказал отец. — Это Соседи. Ложись спать». Утром бабушка объяснила, что увидеть Соседей — плохая примета. Но для Ганзорига это стало приметой его будущего.
О таком он, конечно, не говорил. Его первая лекция была вводной. Он начал с истории, с первых описаний Соседей; потом рассказал, что думали о них древние люди и колдуны, как пытались на них воздействовать, общаться и даже сражаться. Описал виды Соседей, места, где они чаще всего появляются, рассказал, как влияют на людей и технику, какие аномалии создают. Он словно читал лекцию перед аудиторией Академии, где у него было восемь занятий в год для офицеров, собиравшихся заниматься аномалиями или космосом. Но здесь, в отличие от Академии, ему не требовалось посвящать слушателей в технические детали. Говоря откровенно, он вообще не верил, что внутри этой аномалии могут быть Соседи.
Когда Ганзориг закончил, обещав продолжить завтра, в тёмном зале воцарилась тишина. Адмирал взглянул на Фостера, который остался, хотя прекрасно знал всё, о чём говорил Ганзориг, и тихо, словно послушный ученик, просидел всю лекцию за дальним столом. Отчего-то Варавва Фостер показался ему печальным.
— Выходит, инопланетяне всё-таки существуют? — подал голос Вальтер.
«Зачем братья его позвали? Он же идиот», подумал Ганзориг, но вслух ничего не сказал.
— Я никогда не верил в инопланетян, — признался Вальтер. — А теперь не знаю, что и думать. Он ведь серьёзно всё это говорил?
Время близилось к полуночи. Они сидели в двухместной каюте, небольшой и не слишком уютной. Несмотря на величину корабля, свободных помещений здесь практически не было. Кан забрался с ногами на кровать и ковырял своим ногтем-лезвием покрывало, уставший от всего, в том числе и от своего спутника.
— Соседи — не инопланетяне, — наконец, ответил он, уверенный, что Вальтер просто хочет убедить себя в обратном.
— Это неизвестно, — с готовностью произнёс Вальтер. — Никто точно не знает, кто такие эти Соседи, а значит, они легко могут быть пришельцами.
Кан не хотел спорить; к тому же, ему нечего было возразить. Он не мог с уверенностью сказать, что Соседи — не какие-нибудь сумасшедшие инопланетяне, много тысяч лет живущие бок о бок с людьми.
— Значит, я нужен, чтобы с ними общаться? — спросил Вальтер. — Если мы встретим там инопланетян, я должен буду понять, что они говорят?
Кан тоже не верил в пришельцев и не считал, что в аномалии они встретят существ с другой планеты.
— Нет там никаких инопланетян.
— Братья сказали, что не знают, что внутри.
Кан перестал проделывать дырку в покрывале и посмотрел на Вальтера.
— Ты правда так думаешь? Ты думаешь, люди с таким интеллектом могут чего-то не знать?
— С каким — таким? Они всё утро говорили: нам это неизвестно, мы предполагаем, мы думаем, но не уверены… а по сути так ничего и не объяснили.
Кан покачал головой, находя его слова верхом абсурда.
— Тебе Ганзориг целый час объяснял, что такое Соседи, а ты с чего-то решил, будто это пришельцы!
— Ну да…
