– Антар, тебе говорили, что твоё всезнайство чрезвычайно раздражает? – неприязненно осведомился Кэролин.
– О, и не один раз, – легкомысленно ответил тот. – Так я прав?
Фейри неохотно кивнул.
– Когда я попал туда, я стал человеком.
– И… как? – участливо спросил Альдор.
– Я был очень счастлив, – сухо ответил тот. – И глубоко несчастен. Впрочем, и то, и другое продлилось недолго.
– А почему ты тогда… не остался там? – тихо осведомился юноша.
– Потому что Сумеречный Бог в очередной раз вернул Мелисенту домой. А без неё… без неё для меня оставаться там было бессмысленно.
– Вы были там с мамой?!
– И, заметь, без Милослава.
Лицо Антара вдруг потемнело.
– И вы с ней… – он запнулся, будто не решаясь произнести следующую фразу. – У вас был роман?
Всего на одну секунду, показавшуюся его спутникам очень долгой, Кэролин прикрыл глаза.
– Нет, – бесстрастно ответил он. – Ваша мать никогда не отвечала взаимностью никому, кроме вашего отца. Даже не смотря на то, что происходило всё это задолго до его рождения. Не для кого не секрет, как я отношусь к Северину… но даже я вынужден признать, что он стал ей хорошим мужем.
Царь фейри обернулся к Антару.
– И я никогда не видел её такой счастливой, как в день, когда родился ты. Возможно, это и навело меня на мысли заиметь собственных детей…
– А… ты? – тихо спросил Альдор.
– А я любил её сильнее, чем десять тысяч Милославов вместе взятых. Потому что для него она прежде всего сестра, а для меня она была… женщиной. Какое-то время.
– А как же… – Антар снова слегка замялся. – Эйзенхиэль?
– Князь Элизобарра? – Кэролин даже слегка улыбнулся. – Бедняга вампир. Его ветвь – самая уязвимая. Был от неё без ума. Признаться, я очень ему сочувствовал.
– Но ведь мама… то есть Лоридейль Лейнсборо вышла за него замуж?
– Мелисента использовала его. По своему обыкновению, – простодушно ответил царь фейри. – Это ей всегда прекрасно удавалось.
– Ты… что? – Влад прекрасно расслышал, что только что сказал его отец, однако просто не мог поверить своим ушам.
– Я женюсь на Лоридейль Лейнсборо, – терпеливо повторил князь Элизобарра, – через три… нет, уже через два дня.
– Но она годится тебе в дочери!
– Она годится мне в правнучки, – сухо заметил Эйзенхиэль. – Я вампир, она – человек. Стандартная ситуация.
Влад смотрел на отца, молча играя желваками.
– Ты прожил с моей матерью десять лет, – наконец сказал он, – но так и не удосужился сделать ей предложение.
– И её счастье, – заметил белокурый вампир. – Иначе теперь мне пришлось бы её убить, чтоб жениться вторично.
– И что, я теперь должен называть эту пигалицу «мама»? – ехидно осведомился Влад.
– Не думаю, чтобы она стала на этом настаивать, – холодно ответил отец. – И вообще, чем меньше ты будешь попадаться на глаза, тем меньше у тебя будет возникать необходимость вообще как-то её называть.
– То есть я не могу больше жить здесь?
– Родовое гнездо не единственное моё поместье, – заметил Эйзенхиэль. – Выбери себе любой другой дом или замок. А если тебе так уж нужна компания, можешь вернуться к своей матери.
Влад представил себя под одной крышей с истеричной полусумасшедшей вампиркой и мысленно содрогнулся. В этот момент наверху парадной изогнутой лестницы появилась Лоридейль Лейнсборо. И стала неторопливо спускаться вниз.
Вопреки своему безалаберному образу жизни, Влад Элизобарра был не так уж глуп и довольно наблюдателен. А ещё он хорошо знал своего отца. Поэтому от него не ускользнуло, что взгляд князя, прикованный к приближающейся девушке, отнюдь не был полон эйфории влюблённости, которую можно было ожидать от счастливого жениха. Напротив, там были боль и тоска.
– Могу я поговорить с твоей невестой наедине? – спросил Влад, когда она приблизилась.
Эйзенхиэль вопросительно посмотрел на девушку. Та согласно кивнула.
– Хорошо, – сдержанно произнёс князь. – Но прежде, чем что-либо сказать, подумай о том, что обращаешься к своей будущей мачехе. И взвесь, действительно ли ты хочешь это сказать.
– Я не знаю, как тебе удалось это провернуть. Не знаю, что ты с ним сделала. Но я выясню, – шипящим от гнева шёпотом говорил молодой вампир. – Не думай, что ты самая умная и твоих трюков никто не замечает.
– Трюков? – вопросительно приподняла брови девушка.
– Тебе удавалось водить за нос людей, гномов и сидов, но я всегда знал, что ты жульничаешь.
– Интересно будет послушать.
– Восстание Кортландцев.
– И?
– Ты просто подкупила его руководителей. И они самим сдали своего лидера твоему королю.
– Да, помню, беднягу ещё четвертовали, – задумчиво сказала Лоридейль. – Ну так что? Это было дешевле, чем снаряжать армию, тянуть в такую даль… да ещё по пересечённой местности. А так… пара замков, три фьорда. Несколько титулов. И, заметь, это было значительно быстрее. Всего один маленький разговор, а на следующей неделе Кортландия уже входит в состав Витонской империи.
– Но это же… подло!
Девушка с сожалением посмотрела на него.
– Это политика.
