– Девушка, – лаконично прояснил свои требования лорд Эрлинг.
– Да подавись, нужна больно! Никакая она не Маленькая Сестра! Вечно вы, людишки, сплетен понараспускаете… Зря только молодняк гоняли в такую даль!
– Сплетни? – посчитал необходимым осведомиться маг.
– Лоридейль – имя довольно редкое, – подал голос Феррит, пожелавший присутствовать при этой сцене лично. – Поговаривали, что так звали женщинну, которую фейри хотят посадить на трон.
– Я слышал, её называли Мелисентой, – сказал лорд Эрлинг.
– Есть разные версии. Я знаю ещё как минимум десяток, – продолжал попыхивать трубкой Феррит. – Эй, карлик! А почём ты знаешь, что это не она?
– Слышь, дылда! – обиделся цверг. – Что, я, по-твоему, склерозом страдаю? Я её ещё девчонкой помню. Та сонная деваха, что в гробу сейчас лежит, на неё даже не похожа.
– В гробу?
– Ну да. Не в доме же её было держать. А в пещере гроб был свободный. И прохладно там – не завоняет, ежели что.
– Ну что же, идём, покажешь, где это, – сказал Северин.
– Долговязый, ты и без меня прекрасно найдёшь. Я тебе дорогу опишу.
«Там за речкой тихоструйной
Есть высокая гора,
В ней глубокая нора;
В той норе, во тьме печальной,
Гроб качается хрустальный
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места;
В том гробу твоя… »
Кхм, там, в общем, она и лежит.
– Сам покажешь, – дёрнул перекати-поле оставшийся равнодушным к поэзии маг.
Девушка и в самом деле лежала в хрустальном гробу в той же сорочке, в которой выскочила из постели Северина.
– Недурна, – задумчиво сказал Феррит.
– Говорит много, – поморщился маг, – так что с вашего позволения, я её заберу в таком виде. Разбужу уже на месте.
– Хотите самолично доставить? Понимаю, – Генеральный руководитель задумчиво попыхивал трубкой. – Скажите, лорд Эрлинг, как вы относитесь к цвергам? И к фейри?
– Я к ним не отношусь, – сухо ответил Северин.
– Как и к вампирам, кстати говоря.
– Вы очень наблюдательны, – заметил маг.
– А вас, человека, никогда не угнетала необходимость подчиняться нелюдям?
– Изрядно. Особенно в юности. В память об этих размышлениях у меня осталось вот это, – он притронулся к левой щеке.
– Ну, один в поле не воин, это ясно, – развёл руками Феррит. – В связи с чем у меня есть к вам предложение… не хотите ли присоединиться к нашему движению? Возможно… в отряде Ворлоса?
Лорд Эрлинг остановил взгляд на девушке.
– Что ж… – медленно сказал он, – я обдумаю ваше предложение.
Трое людей уже пятый час брели по пустыне.
– Антар? – Камилла уже начала выдыхаться.
– М-м-м? – донеслось из-за белой повязки, закрывавшей лицо мужчины по самые глаза.
– А нельзя было сразу открыть червоточину в этот твой монастырь? Или поближе к нему?
– Нет, – лаконично ответил Антар.
– А почему? – не унималась девушка.
– Ей скучно, Антар, – подал голос Ламберт, – или рассказывай, или давайте устраиваться на ночлег.
– Рано ещё. Ладно. Туда нельзя открыть червоточину или портал. У этого места нет координат.
– Это как? – не понял маг.
– Когда-то очень давно, – начал рассказ Нездешний, – когда моя мать была ещё подростком, она сбежала в святилище Белой Госпожи.
– Белой Госпожи?
– Её называли ещё Белой богиней, Волчьей матерью… в общем, она сотворила для нашего мира время и пространство.
– И что? Я имею в виду, что стало там с твоей матерью? – спросила Камилла.
– Солнечный бог её там нашёл. Вместе с фейри. И они были очень сердиты. Святилище было уничтожено вместе с жрецами. Много воды утекло, пока всем семерым удалось возродиться вновь и собраться вместе. Тогда они основали новый монастырь. Но у него нет определённого места ни во времени, ни в пространстве. Он постоянно находится в состоянии суперпозиции. Он везде. И всегда.
– А почему мы тогда в пустыне? – логично спросил Ламберт.
– Здесь меня легче заметить, – пожал плечами Антар. – Надеюсь, скоро настоятель соизволит полюбопытствовать, что мне от него надо.
– Ты что, и в этом монастыре наследил? – удивилась девушка.
– Почему наследил? Просто родители часто отправляли меня туда. Когда Альдор был маленький и капризничал из-за режущихся зубов, или когда у них были какие-то неотложные дела.
– Так это что? Вневременной детский сад?
– Это священное место времени. А моя семья с ним в хороших отношениях. И с его служителями. Мне там было интересно. И я многому у них научился. Медитации, например. И телепатии.
Тут Ламберт неожиданно остановился и взял Камиллу за плечо.
Перед ними стоял крупный тяжеловесный мужчина, побритый налысо и облачённый в белые с золотом одежды свободного покроя. Антар молча вышел вперёд. Некоторое время они смотрели друг на друга, потом незнакомец перевёл взгляд на стоящих поодаль Ламберта и Камиллу. И отрицательно покачал головой.
– Сын Народа Холмов не войдёт в святилище.
– Но он человек, – сказал Антар, на этот раз тоже вслух.
– Это не имеет значения, – бесстрастно ответил монах, и посмотрел на Камиллу. – Только она.
– Решать вам, – сказал Антар, опуская глаза.
– Нет, – тут же ответил Ламберт и взял жену за руку.
