Вопреки расхожему мнению, владетель Вайн Росс отнюдь не был высокомерен. И он, вероятно, встал бы, чтобы приветствовать пришельцев, однако неумолимый Вартек наблюдал за ним недремлющим оком Корлайлы, готовый пресечь нарушение постельного режима её же тяжёлой рукой. Поэтому Кайл едва приподнял голову и вопросительно посмотрел на людей, которых подвёл к нему дежурный офицер. По восточному обычаю, те пали ниц перед «величайшим из воинов» и «сыном неба и солнца», в витиеватых выражениях умоляя склонить свой слух к речам недостойных. Весь ритуал был выполнен настолько добросовестно, что Кайл успел закончить чаепитие, склонить слух, убедиться, что его скудных познаний саламиниумского тут явно недостаточно, послать за переводчиком, провести с ним краткий инструктаж и даже соскучится прежде, чем гости перешли к делу. Как оказалось, они привезли великому полководцу подарок, в знак мирных намерений и ради облегчения переговоров о сдаче региона. Серебряное блюдо, накрытое крышкой, поставили на ковёр перед Кайлом. Юноша заглянул внутрь, ни на секунду не изменив равнодушного выражения лица.
– Это Фест, я полагаю? Он так быстро сбежал, что я не успел даже как следует его рассмотреть, – произнёс он, оглядывая лежащую на блюде голову.
– Да, величайший из великих, этот бренный прах ещё вчера принадлежал трусливой собаке Фесту.
– И зачем вы мне его принесли? – всё так же апатично осведомился Росс.
– Разве он не был твоим врагом, о, лучезарный? – со сладкой улыбкой осведомился главный из троих пришельцев. – Твой покорный слуга лишь надеялся на твоё одобрение.
– Врагом? – полководец приподнял густые брови в неподдельном удивлении. – Так-то меня теперь ценят? Кайл Росс стал настолько ничтожен, что человек вроде Феста может носить почётное звание моего врага?
Корлайла, полулежавшая рядом с ним, чуть заметно улыбнулась, а саламиниумец покрылся нездоровой бледностью.
– О, мой господин, мы все лишь ничтожные черви, обласканные лучами твоего светила! Да отсохнет мой язык, назвавший сего презренного труса достойным противостоять тебе!
– Это можно устроить, – заметил юноша, с неторопливым безразличием разглядывавший говорившего. У Кайла всё ещё болела голова, но уже не так сильно, как вчера, так что сосредоточиться на происходящем ему вполне удавалось. – Однако, я полагаю, вы прибыли сюда не просто так, а в надежде получить награду за совершённое вами деяние, – без всякой вопросительной интонации произнёс он. Посеревший от страха южанин снова упал на колени. Молодой Росс безошибочно угадал бесхитростный расчёт корыстного охранника ныне мёртвого полководца, полагавшего обогатиться дарами из рук благодарного полубога. Но теперь, перед его слегка нахмуренными бровями, дело предстало перед саламиниумцем в другом свете.
– О, пощади, владыка! Мне не нужно другой награды кроме возможности быть последним из твоих слуг! И повести за тобой все войска Саламиниума!
– Чтобы при случае ты прирезал меня? – одна из тёмно-русых бровей издевательски надломилась. – Мои люди знают, что я не побегу с поля боя. Но и я уверен, что каждый из них будет сражаться за меня до последней капли крови, даже если мне изменит капризное воинское счастье. Так что покорно благодарю. У меня для тебя есть более подходящий дар. Тигран!
Дежурный офицер сделал шаг вперёд. Кайл характерным жестом указал на предводителя пришельцев.
Тигран молча кивнул. Меч вошёл под ребро так гладко и невозмутимо, как будто погружался в собственные ножны.
– Вы двое, – обратился он к позеленевшим спутникам почившего саламиниумца, – вернётесь обратно и отведёте ваш сброд к Канмару. Саламиниум его протекторат, пусть он и решает вашу судьбу. Мне вы не нужны. Однако… – тут он сделал патетическую паузу, – если я узнаю, что по пути вы заблудились и снова присоединились к сторонникам Святейшего, я очень расстроюсь.
Оба посланца, полусогнувшись, пятились назад, пока не потеряли непредсказуемого «сына некроманта» из вида. Тело унесли, а Кайл, проводив его взглядом, вдруг вспомнил о других участниках давешней битвы.
– Что там илларийцы? – спросил он. – Остался кто-нибудь в живых?
– Почти три сотни, командир, – отозвался Рогнар. – Как ты и велел, их перевязали и отнесли в тень.
– Пусть их приведут, – сказал юноша, покосился на слегка нахмурившуюся Корлайлу и добавил. – И закончим на сегодня.
Хоть пленным илларийским наёмникам и была оказана первая медицинская помощь, привели их, тем не менее, в цепях. Некоторые были не в состоянии передвигаться самостоятельно, и их несли менее пострадавшие товарищи. Довольно долго Кайл рассматривал лица своих немногочисленных пленников. На них не было вызова или ненависти. Как не было и страха. Илларийцы поголовно были профессиональными военными и одинаково хорошо умели как побеждать, так и проигрывать.
– Я знаю, что ваш трибун был убит, – произнёс Кайл Росс на вполне сносном илларийском. – Есть среди вас кто-то, кто мог бы говорить от имени остальных?
Наёмники молчали, украдкой переглядываясь, пока вперёд не вышел хмурый мужчина средних лет со свежим шрамом поперёк лица.
