– Я Авл Лициний. Публий был моим братом.
– Вы храбро сражались вчера, – сказал юный полководец. – Даже когда ваш предводитель бежал, ни один из вас не сдался в плен, пока был в состоянии поднять хоть какое-то оружие. Вы до последнего держали строй и прикрывали друг друга… Я уважаю это… С другой стороны, – словно рассуждая сам с собой, продолжал Кайл, – все вы илларийцы, продавшие свою кровь врагам своего императора. Это сложно расценивать иначе, чем предательство родины.
– У нас нет родины, – отозвался брат павшего трибуна. – Мы все изгнаны из Илларика уже много лет назад, когда императором стало овладевать безумие.
– И что послужило причиной вашего изгнания? – поинтересовался Кайл с оттенком любопытства в голосе.
– Оскорбление божества, – скривил рот в подобии усмешки его собеседник. – Мы, свободнорождённые граждане Илларика, отказывались ползать на брюхе перед Канмаром и воздвигать ему жертвенные алтари.
Юный полководец неопределённо хмыкнул.
– Что ж, я всего лишь скромный сын некроманта и не настолько тщеславен. Но вы наёмники… а наёмникам принято платить. Хм… посмотрим… раз вы мои пленники, ваши жизни принадлежат мне. Считаете ли вы эту плату достаточной, чтобы приобрести ваши услуги до конца текущей кампании?
– До конца кампании? – медленно переспросил брат погибшего трибуна.
– Я не собираюсь, подобно вашему Канмару, растратить свою жизнь в череде сражений. Как только угроза для Сивф со стороны воинов креста будет исчерпана, я вернусь к занятиям более увлекательным.
Оглядев лица соратников, Авл Лициний спросил:
– А на каких условиях мы будем сражаться? Как смертники?
– А у вас что, есть особенный выбор? – удивился такой несговорчивости Кайл. – К тому же, расточительность, в том числе и в отношении людских ресурсов, мне не свойственна. Чем точнее вы выполняете мои приказы, тем больше у вас шансов остаться в живых.
– Большинство из нас не скоро смогут сражаться, если смогут вообще, – угрюмо пояснил свою позицию иллариец.
– Мои люди тоже вышли из битвы не без потерь. Мы будем стоять здесь лагерем ещё около недели или даже двух, – сообщил Кайл, – пока к нам не присоединится Эдельвейс. Вы, думаю, наслышаны о нём?
Мужчина кивнул.
– Мне говорили, что он может воскрешать мертвецов. Я, конечно, не верил этому. Но если бы мне сказали, что тридцать тысяч сивфанцев обратят в бегство почти двухсоттысячное войско Феста, я рассмеялся бы этому сказочнику в лицо. И, тем не менее, в цепях стою я, а не некий Кайл Росс.
– Воскрешение это, конечно, некоторое преувеличение… – заметил «некий Кайл Росс». – И всё же он способен на очень впечатляющие вещи. Я не делаю различия между своими людьми. Так что когда он будет здесь, смею надеяться, те, кто доживут до этого дня, смогут и отплатить ему за его искусство, отправив на тот свет десяток-другой фанатиков-крестоносцев. Учитывая, как они обошлись с лучшим врачом современности, я думаю, ему будет приятно.
Ещё раз оглядев своих соратников, Авл Лициний сказал:
– Все свои обязательства по отношению к Фесту мы выполнили. Так что теперь… теперь мы вполне можем заключить новый контракт с сыном некроманта.
– Вот и славно, – пробормотал юноша, уже водя незаменимым в дороге самопишущим пером по поверхности тонкого пергамента. Когда он закончил и слегка обсушил чернила, Авл Лициний увидел своё имя в начале расчерченной таблицы. Против него в графе «гонорар» значилось: «Жизнь – 1 шт.» Когда последний из илларийцев внёс своё имя и подпись в договор, Кайл бегло просмотрел документ и протянул его Тиграну.
– Сними с них цепи и распредели в лазарет и в лагерь, поставь на довольствие. Об исполнении доложишь, – тут юноша снова покосился на Корлайлу, – завтра, перед сдачей дежурства.
Когда дежурный офицер увёл илларийцев расковываться, к навесу подошёл Азор, они с Рогнаром подняли на носилки сразу погрустневшего полководца и отнесли в командирскую палатку. Корлайла, непринуждённо принявшая предложение Кайла разделить с ним место обитания как для того, чтобы проще было следить за соблюдением прописанного Вартеком режима, так и для того, чтобы быть поближе к источнику горячей воды, несколько замешкалась. Сделала она это намеренно, давая возможность седовласому старичку, наблюдавшему за аудиенциями с близлежащего холма, набраться смелости и приблизиться.
Молодой врач всё ещё прихрамывал, однако выглядел уже вполне жизнерадостно. Он как раз завершал свой ежедневный моцион: из замка через мост, до лесного озера и обратно, когда из-за угла выскочила рыжая ведьма, едва не сбив с ног молодого человека.
– А, вот и ты, – воскликнула она. – Очень удачно. Там это… ну, в общем, демон твой. Распугал всех.
– В самом деле? – удивился Вартек. – Раньше он к этому не был склонен.
– Ну… он не то чтобы нарочно. Так получилось… Эм-м-м…
– И ты в этом замешана? – сразу догадался врач.
– Немного, – потупилась ведьма.
– Ясно, – вздохнул молодой человек и ускорил шаги. Круглые следы его тросточки стали чаще и глубже.
