Захватив ставку, казаки изрубили шатры и всех, кто там находился. Ночь подошла к концу. Светало. Бой немного утих. Казаки построились в иной порядок и попытались пробиться к Кашлыку: дело было сделано, и теперь надо было возвращаться назад. Но не тут-то было! Татарское войско, к тому времени главными силами втянувшееся в бой, перекрыло выход. Стало понятно, что казаков всего горстка.
Матвей Мещеряк приказал своему крошечному войску занять заросшие кустарником пригорки и приготовить пищали. Началась перестрелка. Казаки, имея огнестрельное оружие, в этих обстоятельствах в поединках побеждали всегда. Татары пытались подкрадываться поближе, чтобы метнуть копьё, но свинец из пищали редко кому позволял подойти на верный бросок копья. Однако путь к спасительному отходу в город по-прежнему оставался перекрытым.
Спасение пришло от Ермака. Казаки, оставшиеся в Кашлыке, поняли тактику Матвея Мещеряка и открыли встречный огонь с городских валов. Татары, оставшиеся без главнокомандующего, решили, что сейчас из Кашлыка атакуют основные силы русских и сметут их, начали отход. Казаки усилили пальбу. Татары побежали. Таким образом, путь отряду Мещеряка был расчищен. Казаки воссоединились.
Как ни оттягивали мы рассказ о самой трагичной странице сибирского похода казаков, а время пришло.
Летом 1583 года дружина Ермака, к тому времени уже значительно поредевшая, отбив атаку войска визиря, принялась за починку судов. В Кашлык после битвы под Чувашевым мысом они прибыли на тридцати стругах. Теперь им хватило и семи.
Время шло, а бухарцы, обычно появлявшиеся в городках, расположенных по Тоболу и Иртышу, всё не появлялись. Купцы должны были привезти в Кашлык то, чего казаки не дождались от Москвы: зелейный припас, свинец, хлеб. Вскоре появились какие-то люди, сказавшиеся бухарцами. Они жаловались, что воины Кучума устроили на реках заставы и не пропускают суда с товарами вглубь Сибири. Было принято решение выступить навстречу купеческим караванам и силой пробить для них дорогу к Кашлыку.
Знай Ермак, что через Камень с запада к ним уже спешит подмога из Москвы и других русских земель, никуда бы он из Кашлыка ни двинулся. Но привычка полагаться лишь на свои силы научила его не ждать с моря погоды.
Тем временем визирь, потерпев неудачу под Кашлыком, явился к Кучуму и предложил ему действовать сообща. Кучум согласился. По всей вероятности, хан понимал неискренность своего главного советника, но… враг моего врага – мой друг. К тому же Али-бек был незаменим там, где в помощь копью требовалась хитрость.
Подготавливая новый удар по казакам, Кучум стягивал свои войска в Бегишевом городище на верхнем Иртыше. Туда же отошли оставшиеся всадники визиря. Ермак, пользуясь точными разведданными, получаемыми от местных жителей и посланных в «подсмотр» казаков, появился там же неожиданно скоро. Струги достигли Вагая. Замысел Али-бека и Кучума объединиться в Бегишевом городище отчасти был сорван.
До сих пор исследователи Ермакова похода в Сибирь не пришли к согласию о количестве казаков, находившихся на стругах в последнем плавании навстречу бухарским купцам. Одни говорят – всего пятьдесят человек. Другие – триста. Третьи – не более ста.
Вначале всё шло хорошо. Местные жители, татары и вогуличи, принимали русских, как принимают союзников. Но чем южнее поднимались они на тяжёлых веслах, тем враждебнее встречали их берега. Начинались владения Кучума. В некоторых селениях жили бухарцы. В других – переселенцы из Барабинской степи. Власть великого хана, исповедующего ислам, была для них понятней и привычней власти московского царя, поклоняющегося Христу. Но всё же во владениях князька Елыгая встретили Ермака со смирением и великим почтением. До сей поры живёт злесь предание: князёк Елыгай из рода Саргачиков задумал породниться с казачьим вождём и, преподнося ясак, вывел к Ермаку свою красавицу дочь – «в честь и в дар». Но Ермак не принял невесты, вежливо и необидно отклонил «дар» и запретил своим людям прикасаться к прекрасной девице из «рода ханска».
В устьях Ишима казаков встретила засада. Они вынуждены были сойти на берег и принять ближний бой – «яко не оружием, но руками, кто кого может». Потеряли пятерых человек убитыми.
Подошли к крепости Кулары. Твердыня, построенная на юго-восточном рубеже, степном рубеже, охраняла Сибирское ханство от воинственных соседей, от калмыков и прочих кочевых племён. Местность была густо населена татарами, проживали здесь и бухарцы.
Вначале казаки решили взять крепость, потому как если что и могло воспрепятствовать продвижению караванов бухарских торговцев, то это крепость и её гарнизон. Но стены оказались крепки. Пять дней длился приступ. Всё безуспешно. В конце концов ермаковцы вымотались, приуныли. Стало очевидным, что Кулары им не по зубам.
– Ладно, браты, – сказал Ермак, грозя стенам обнажённой саблей, – будем назад ворочаться, приберём!
