Завернувшись в одеяло, я побрел в ванную комнату. Зайдя в нее, я сразу выкинул использованный презерватив в урну. Ирэн зашла следом за мной и закрыла дверь. Я обернулся, увидев ее, привычно ухмыльнулся. Она не медлила. Была очень решительна, и это пламя горело в ее глазах. Она сразу подошла ко мне очень близко, начала целовать мне грудь, неуклюже и торопливо спускаться ниже. Мои вопросы о том, что она делает, Ирэн полностью игнорировала, продолжая свою похоть. Я пытался отстранять ее, еле сдерживая одеяло на поясе. Я смотрел на нее как дикий, понимая, что после секса с одной девушкой снова хотел близости, но уже с другой. Половой член решил за меня, заметно выдвинувшись под одеялом, и она это увидела. Не медля и секунду, она распахнула халат и опустилась на колени, стянув одеяло вниз. Она сразу взяла член в рот. Ирэн делала мне минет очень нежно, как мне не делал никто уже давно. Она любила меня в этот момент. Я чувствовал, как она наслаждается моей плотью и моим вкусом. Еще не остывший натертый член Ниной уже ласкала Ирэн, девушка моего лучшего друга. И я не мог сопротивляться. Я хотел этого.
Еще минуты две она ласкала его, а потом встала на ноги. Развернувшись ко мне спиной, скинула халат на пол, немного расставила ноги и прогнулась, опершись о тумбу с раковиной. Передо мной распустился тот самый темный, бархатный, редкий пион со светлой каймой. И чем больше она стояла и перебирала с ноги на ногу, тем пион еще больше раскрывался и источал нектар. Еще немного и все лепестки этого цветка обнажат его мякоть. Сочная, мягкая, спелая начинка, которую можно пить. Было ощущение, что сейчас наступила весна, и темнокожая красавица с махровым цветком темно-бордового оттенка зацветет и вскоре откроет причудливую ярко-желтую сердцевину, что придаст этому цветку контраст и свою уникальную изюминку. Этот пион был из самых оригинальных, самых темных пионов, которые я когда бы то ни было видел в своей жизни. И это значительно его отличало от других.
Сладкий аромат цветка я чувствовал, находясь в метре от него. Владелица этого пиона не понимала, чего же я медлю. Она вопросительно изогнула спину и посмотрела на меня, обалдевшего от вида распускающегося цветка после холодной зимы с первыми лучами солнца. Ирэн не знала, что именно сейчас я был в большом мозговом штурме с самим собой, когда я решался сорвать ли мне этот прекрасный редкий цветок, но не один из моих любимых. Ведь я знал, что, получив в коллекцию этот пион, я полностью потеряю к нему интерес. Срок его жизни будет ограничен максимум десятью сутками. Днями, которые бы он смог простоять в вазе с водой, будучи сорванным. Но мужчина во мне с плотскими желаниями побеждал мужчину с разумом, и тогда ажурные пышные лепестки рассеклись в стороны, когда я вошел в нее.
Перед нами было огромное зеркало с большой золотой рамой с лучами солнца, отходящими от нее в некоторых местах. В нем я видел ее и себя сзади нее. Мы трахались, смотря друг на друга в зеркале. И это не был сон, это была реальность, где сочность цветка увеличивалась, будто половодьем сходил снег с полей. Безмятежный сон пиона прогонялся прочь, и он распускался на заснувшем поле особенно быстро. Капли росы блестели на его лепестках, когда я разрезал его плоть своим членом. Ее глаза иногда закатывались от удовольствия, но она старалась не отводить с моего предоргазменного лица взгляда. А я сильно потел, потому что старался быстрее кончить, понимая, что ее молодой человек ждет ее в спальне. Я не мог не думать об этом, когда входил снова и снова в этот цветок. Ирэн просила усилить темп без слов, начав активно в такт моим финишным движениям скачку.
Упоительным ядом был этот секс между нами в эти семь минут, затянувшиеся по ощущениям на полчаса. Алмазной капелью струился пот по моей спине в ожидании удовольствия. Таинственные огни разжигались в глазах Ирэн, когда она балдела от каждого толчка моего мужского естества в ней. Янтарным золотистым медом в чаше ее пиона был мой оргазм. Искрящиеся краски солнца от зеркала попадали в наше с ней море удовольствия, которое расплескивалось в этой ванной до краев. И будто ангелы спустились с небосвода в сказочном мираже для Ирэн, когда в исступлении феерии окончания секса я закрыл глаза и еще сильнее и глубже вошел в цветочную богему ее звездной ночной арки.
После секса она прополоскала рот, поцеловала меня снова в грудь, протерла туалетной бумагой между своих ног и кинула ее в унитаз. Накинув наспех свой халат, вышла из ванной комнаты, подарив мне на прощание воздушный поцелуй, сжав губы уточкой. Ее глаза светились восторгом и упоительной, глупой красотой.
