— Неужто можно? — растерянно спросила Глафира.
— Нужно, мама Глаша. Ты сходи в лавку да глянь, какие нужны, а потом придешь и мне скажешь, сколько штук, какие именно и сколько стоят. Я торговаться пойду.
Обрадованно кивнув, женщина моментально соскользнула с телеги и растворилась в толпе. Спустя десять минут она принеслась обратно с квадратными глазами, испуганно сообщив:
— Совсем купцы совесть потеряли. За пару спиц в вершок длиной ажно пятьдесят копеек требуют.
— В вершок, говоришь? — мрачно протянул Мишка. — Посиди тут. Я сам гляну.
Зайдя в указанную лавку, парень попросил показать указанный товар и, покрутив спицы в пальцах, презрительно фыркнул:
— Вы, почтенные, хоть бы постеснялись такой товар людям предлагать.
— А что тебе не так? — разом помрачнел мужик с бородой веником.
Из-под его кустистых бровей недобро поблескивали непонятного цвета глаза.
— А все не так, — усмехнулся Мишка и, положив спицу на прилавок, плавно катнул ее пальцем. — И прямоты нет, и заточены коряво. Даже пальцем заусенцы нащупать можно, — продолжил он, кончиками пальцев оглаживая острие. — Такой товар всю пряжу испохабит, а вы за него дикие деньги просите.
— Ишь, товар ему не нравится, — заворчал мужик, отбирая у него спицы. — Хм, и вправду карябает, — удивленно закончил он, проверив товар. — Прощенья просим. Не доглядел. Вот, изволь, — закончил он, выкладывая на прилавок другие спицы.
— Малость получше, но все одно — корявые, — вздохнул Мишка, быстро проверив их. — Сам взгляни, уважаемый.
— Да уж вижу, — скривился мужик. — Не мой это товар. Артель заместо платы отдала, вот и маюсь с ним.
— Четыре шутки за полтину отдашь? — помолчав, спросил Мишка. — Сам видишь, лежать он у тебя будет, пока не заржавеет. А так хоть какой навар.
— А зачем они тебе? Сам же сказал, пряжу тянуть будут, — насторожился продавец.
— Есть способ, как в порядок их привести. Ровнее не станут, а вот цеплять не будут. Но тут осторожно работать надо, — напустил туману Мишка, отлично понимая, что других спиц в их глуши не найдешь.
— А-а, забирай, — чуть подумав, махнул мужик рукой.
— Четыре за полтину, — быстро напомнил парень.
— По рукам, — кивнул мужик и, достав из-под прилавка четвертушку бумажного листа, аккуратно завернул покупку.
Отсчитав деньги, Мишка вернулся к телеге и, отдавая тетке покупку, уточнил:
— Глянь, мама Глаша, эти хотела?
— Они, — растерянно кивнула женщина. — Мишенька, это ж в целый рубль должно встать!
— Не шуми, — усмехнулся Мишка. — За полтину все четыре взял. Так что с тебя носки на зиму.
— Ой, родненький, для тебя что хочешь свяжу, — залопотала счастливая Глафира.
— Вот и договорились. Посиди еще тут, а я за припасом охотничьим схожу.
Войдя в почему-то знакомую лавку, Мишка словно оказался в очень знакомом месте, где давно не бывал. Именно такое чувство у него возникло. Быстро осмотревшись, он прошел к прилавку и, рассмотрев цены, мысленно присвистнул. Готовые патроны крепко кусались. Поэтому, еще раз осмотревшись, он отправился в тот угол, где продавались составляющие.
Как оказалось, крутить патроны самому было гораздо дешевле. Свинцовый прут длиной в полметра и толщиной в большой палец стоил сорок шесть копеек. Порох любого вида по тридцать пять копеек за фунт, а капсюли по три копейки за пять штук. При этом готовая дробь или картечь подбирались в цене к рублю за примерно сто грамм.
Для Мишки переводить местную измерительную систему в привычную метрическую было сущим мучением. Так что, не мудрствуя лукаво, он закупил пару прутов свинца, порох двух видов, при этом пытаясь вспомнить, когда в его мире бездымный порох был вообще изобретен, и по сотне капсюлей двух видов. Накрутить патронов к нарезному стволу теперь было просто необходимо. Те полторы сотни, доставшиеся ему от инженера, для промысловика — чистые слезы. На пару раз в тайгу сходить.
Уложив все купленное в полученную в булочной сумку, он не спеша отправился обратно к телеге. Программа максимум была выполнена, и теперь ему предстояло как-то модернизировать сам процесс сборки патронов. Припомнив, что почувствовал, когда разобрал ради интереса один патрон, Мишка невольно скривился.
Вместо ровной округлой дроби там было нечто неровно нарубленное и кое-как откатанное, судя по всему, на деревяшке. Как подобный боеприпас сказывается на меткости и кучности, он даже задумываться не хотел. Про пыжи и говорить не приходилось. Хорошо, хоть не тряпочкой горловину заткнул. Значит, нужно сделать пробойник подходящего диаметра и найти несколько старых валенок. Благо свечи в доме были.
Вспомнив про свечи, Мишка свернул в попавшуюся по пути лавку и, прикупив два десятка осветительных приборов, снова вышел на улицу. Денег после всех покупок у него осталось шестнадцать копеек. Остальные деньги он успел отдать тетке, перед тем как отправиться в оружейку. Зная себя, рисковать всей имевшейся наличностью парень не стал. Подойдя к телеге, Мишка улыбнулся внимательно наблюдавшей за ним тетке и, выпрямляясь, сообщил:
— Все, мама Глаша. Что мне надо было, купил. Теперь домой. Дел еще много. А времени как всегда, мало.
