— Эль капитан Хейлли! Имеет честь спросить у герр капитана… — громко, в ухо Ворденхоффу прокричал радист. — Какого лысого черта мы, как сухопутные крысы, с черепашьей скоростью тащимся вдоль берега, когда есть прекрасная возможность плыть лучше и быстрее в открытом море?
— Передай, этому русскому! — чопорный немец выпрямился, твердо оперся тяжелыми руками на поручень, встал неестественно прямо, широко развел плечи, задрал подбородок — будто только что проглотил аршин, и гордо произнес: — Что не его собачье дело…
— Простите, герр капитан, — матрос вежливо перебил Ворденхоффа. — Но! Эль капитан имеет честь быть ирландцем!
— Какой, он, к рогатому дьяволу, ирландец? По тому, как ходит… этот негодяй, — седой мореход махнул рукой в сторону бешено прыгающего по волнам парусника. — Я убежден, что он с головы до пят, дикий северный варвар! Так, передай этому неотесанному медведю, что не его собачье дело как мне лучше и быстрее доставить груз в порт Малаги!
Тираду седого морехода прервал истошный крик марсового: «Паруса! Справа по борту паруса!».
Резкая трель боцманской дудки погнала людей на ванты и реи. Ошеломленный рулевой стал быстро перебирать рукоятки штурвала, обстененные паруса заполоскали. «Серая чайка» вздрогнула и покатилась влево под ветер. Штурман, сорвавшись с места, побежал наверх, на полуют.
Ворденхофф уже разглядывал в подзорную трубу большой фрегат, который только что вынырнул из-за очередного острова, словно морской орел, ринувшийся из-под облаков на зазевавшуюся утку, и теперь он на всех парусах мчался наперерез «Искателю сокровищ». Нос двухпалубного, вытянутого в длину корабля украшала фигура орла, а не льва, как у английских или голландских судов. Это могли быть только французы. Выкрашенные светло-голубой краской борта незнакомца подтверждали такое предположение. Три мачты, огромные размеры, множество пушек почти наверняка означали, что перед ними военный корабль. Преследователь имел больше ста пятидесяти футов в длину и две батарейные палубы. Орудийные порты были уже открыты, оттуда торчали тупые рыла пушек. Каждый борт щетинился двадцатью четырьмя орудиями. И, конечно же, на палубе у него были ещё и более легкие аркебузы… количество которых посчитать было трудно. Стоит оказать хоть малейшее сопротивление, и неизвестный корабль просто подойдет и в щепки разнесет безоружный парусник азиатов.
— Вот и допрыгались! — мрачно протянул Иоахим, будучи не в силах оторвать взгляд от фрегата. Глаза капитана сверкали злобными искрами, зубы были крепко стиснуты, пальцы, сжатые в кулаки, ногтями вонзились в ладони, шейные мускулы напряглись. — Пусть меня проглотит дьявол, если я не подозревал подобного! Это же французский пират!!!
На корабле такого размера по расчетам Ворденхоффа могло оказаться не менее двух сотен матросов плюс столько же вооруженных солдат на палубе. И намерения у этих невесть откуда взявшихся незнакомцев были явно не из лучших. Шестьдесят плохо обученных салаг на шлюпе против четырех — пяти сотен умелых и закаленных в постоянных походах головорезов.
— Всё, майн готт! Это конец! — сквозь зубы прошипел Ворденхофф. Ужас накатил на него, словно приступ морской болезни: Губы седого морехода побелели. Голова тряслась из стороны в сторону. Руки дрожали. Гримаса боли застыла на лице. Он повернулся в сторону представителя «Таганово компани», схватил несчастного радиста за грудки и стал громко кричать ему в лицо, как будто в огромную телефонную трубку. — Слушай меня, Хейлли. Черт тебя задери! Это, французский пират! Поднимай паруса и быстро уводи свою драную калошу!
Однако ни ирландец, ни его малочисленная команда не желали прислушиваться к голосу разума и подсказкам Ворденхоффа. Они по-прежнему как бешеные тараканы сломя голову лезли на мачты, расползались по реям, выполняли дурацкие упражнения своего капитана.
Огромное, вытянутое судно быстро приближалось к шлюпу, готовое как морское чудовище, поглотить и уничтожить наглецов. Корабль становился все больше. Он будто вырастал из воды. Паруса француза уже заслонили половину неба. В брюхе фрегата, что-то сверкнуло. Удар грома громким эхом пронесся над водой. Маленькое облачко дыма отделилось от корпуса. Дымящееся ядро, издавая холодящий душу свист достигло моря и запрыгало по волнам, точно мячик. Нырнуло в воду неподалеку от преследуемого судна. Корабль пиратов приказывал «Искателю сокровищ» лечь в дрейф.
