Эдельвейрик в недоумении смотрел на младшего брата, желая понять: в своем ли тот уме. Его пугало то, что Лиалин действительно верил в то, что говорил. И его пугало, что он не находил в себе сил, чтобы ему отказать.
Хранители вышли на небольшую поляну, сплошь засыпанную мелким и крупным гравием, перемешанным с серой супесью. Внутри что-то нехорошо ёкнуло. Эдель протянул руку в желании остановить брата, но Лиалин уже уверенно шел вперед. Только шорох гравия и редкий стрекот немногочисленных насекомых — все, что нарушало покой этого места. Неожиданно Лин остановился, словно увидел что-то под ногами, наклонился… Легкая дрожь пробежала по поляне, и насыпь обрушилась, унося с собой под землю младшего Хранителя. Эдельвейрик очертя голову бросился к нему, но спасать было уже некого. Ничего, кроме гравия и земли. И вновь та же легкая дрожь…
Сверху посыпалась земля. Лиалин поднял голову и едва успел отскочить. Рядом с диким криком рухнул Эдель.
— Дааа, поорать ты всегда был мастер, — с доброй усмешкой, заметил Лин, и помог брату подняться. — Ты в порядке?
— Выживу, — Хранитель Предрассветного Тумана хотел утереть отчего-то мокрое лицо и шею, но острая боль при прикосновении этого не позволила.
Легкое касание Целителя заживило порез на щеке и вывихнутое плечо.
— Надо запомнить это место. У них тут вход…
Хранители двинулись вдоль узкого коридора, стараясь не шуметь и даже не разговаривать.
Справа, из-за очередного поворота, донеслись шорохи. Лиалин знаком сказал брату остановиться. Там, за поворотом, находилось что-то вроде спального района этих тварей. Глухо ворча один из дроптэнов выкарабкался из своей норы и шатающейся походкой направился в сторону, противоположную Хранителям.
Эдельвейрик перевел судорожное дыхание и немного расслабился:
— Какие уродцы! Как ты с ними общаешься?
Лиалин загадочно улыбнулся:
— Это с виду они чудовища, а внутри — ну просто душечки! Но знакомиться с ними с бухты-барахты — не советую! — театрально похлопав брата по плечу, Хранитель Дневного Света скрылся в сумраке узких коридоров, оставив Эдельвейрика охранять место выхода.
Эшора очнулась от невероятной вони, почти осязаемой в этом «склепе». Опершись одной рукой на валявшуюся рядом корягу, девушка с трудом приподнялась и села. Низкий землистый свод потолка давил своей мрачностью, даже сидя она легко могла достать до него. Зачем дропам, что почти в половину выше человеческого роста, такие низкие помещения? Холодно… Эшора зарыла ноги в сенную труху и поежилась…. Разорванная куртка ничуть не грела… да еще и глаз совсем заплыл…
— Шиэл? — шепотом позвала она, но ответа не последовало. И все же девушка была уверена, что у дальней стены в полумраке можно было различить как минимум три человеческих силуэта. Это она ясно видела даже одним глазом…Подождав немного, Эшора хотела позвать еще раз, но передумала. Сама… Лучше сама… Сколько она ползла? Минуту? Час? Вечность… ей казалось, что целую вечность. Ноги почти не двигались, беспомощно волочась сзади… И все же она доползла. Крик полный ужаса застрял в груди, и вместо наружу вырвался только стон. Это были не тела… это были куски тел. Разорванные, разрезанные, недоеденные и сваленные в один заиндевелый угол. Это не тюрьма. Это их пищехранилище!
Не хватало воздуха! Не хватало сознания! Все вокруг походило на дикий кошмар, от которого никто почему-то не хотел ее будить! Здесь были не только ки'коны. Представители разных рас были рассортированы в разные углы… Разумных рас… Эшора бессильно уткнулась лицом в землю, рядом с останками, но это соседство ее больше не пугало. Было до странного спокойно, спокойно до безразличия. Бежать некуда…Помощи ждать неоткуда… Девушка повернулась на бок и почти уткнулась носом во что-то теплое.
— Эй! — девушка рывком поднялась и, не обращая внимания на боль, подтянула тело к себе, — Шиэл?
Голова эскида безвольно качнулась, открыв глубокую рваную рану от уха и до плеча.
Эшора ласково, как безумная, провела по черным в разлет бровям ки'кона и разрыдалась. Она не хотела этого! Она не была к этому готова! Ее учили драться, вести переговоры, что угодно, но только не терять друзей! Они жили, чувствовали как единый организм! Почему никто не предупредил об этом! Как больно! Как больно…
Эшора прижала Шиэла к груди, баюкая словно дитя. Слезы давно высохли и осталась только тупая боль и безысходность…Где-то сейчас Лин… Его вывезут с Каранту… Кто ему поможет… Шиэл погиб…
Совсем рядом за дверью послышалась глухая возня и резкий громкий шум… Дрогнул засов. Эшора инстинктивно вцепилась в эскида. Раздался глухой хлопок и мягкие быстрые шаги. Девушка открыла здоровый глаз и увидела белокурого Хранителя.
— Лиалин!
Перескочив через тело дропа-охранника, Хранитель бросился к ней и опустился рядом с ней на колени.
— Сокровище ты моё, беспокойное! — прошептал он, ласково касаясь её разбитого лица. Чуть заметная серебристая пыль упала на воспаленную кожу: синяк мгновенно посветлел, а ранки затянулись, будто их и не было! — Я люблю тебя!