Нога моя так и не стала лучше, Леля. Я все еще передвигаюсь с костылем и не очень быстро. Большую часть времени у меня болят суставы. Забавно, как влияет плохое самочувствие на настроение и представление о времени. Теперь мне даже трудно вообразить, что когда-то я собиралась пешком дойти до Канады. Или что пятнадцать лет назад я довольно регулярно выбиралась из своего лагеря и уходила на большие расстояния. Сейчас, Леля, мне стало совсем не просто даже спускаться к озеру. Я не делала этого уже несколько недель. Может быть, никогда больше и не соберусь. У меня есть бочка для дождевой воды… а рыболовы с удовольствием навещают меня. Да и вообще, мне больше не нравится смотреть на свое отражение в воде. И я больше не рисую автопортретов, Леля.
Вероятно, так было в те времена, когда люди не имели приличной медицинской помощи. Несбывшиеся мечты, горизонты, которые всегда сужаются… Они должны были быть очень мужественными, чтобы продолжать жить и делать то, что они делали.
Прошло два года.
Сегодня произошло нечто ужасное. Возле озера разбили свой лагерь дикие собаки. Они очень похожи на тех, что я видела возле рудников, хотя те были меньше. На самом деле, они довольно симпатичные, напоминают больших щенков с заостренными ушками. Я бы с удовольствием поубивала их всех. Совсем не характерная для меня мысль, согласна, но они прогнали рыболовов от моего домика. И убили Вилли. Я рассчиталась с парочкой этих убийц при помощи моей алмазной пики. С тех пор они меня опасаются. Теперь каждый раз, выходя из дома, я беру с собой нож и пику.
В основном, весь свой последний год Марта провела внутри хижины. Ее сад заполонили сорняки. Там еще росли овощи и съедобные корни, но они были разбросаны по большой территории: чтобы выйти собрать их, Марте нужно было затратить столько сил, сколько раньше ей понадобилось бы на стокилометровую прогулку. С каждым днем дикие собаки становились все смелее; теперь они подходили уже совсем близко, практически в пределы досягаемости пики. Некоторые из них иногда даже осмеливались нападать на Марту. Она все еще успевала отбиваться. Но рано или поздно это должно было кончиться. Она плохо питалась. И поэтому ей становилось все труднее добывать пищу… Спираль, идущая вниз.
Вил пробежал глазами несколько страниц и остановился на обычном листке. Он почувствовал, как внутри у него все похолодело. Неужели это конец? Вил заставил себя прочитать запись. Это был комментарий Елены: Марта не хотела, чтобы последнюю страницу кто-нибудь про-читал. Ее слова были стерты, а потом восстановлены. «Вы сказали, что откажетесь расследовать убийство, если не увидите всего, Бриерсон. Ну, так вот, читайте, черт вас побери». Вилу показалось, что он слышит, с какой горечью Елена произносит эти слова. Он посмотрел на страницу.
