– Ее сшила медсестра из отделения реанимации и интенсивной терапии. Видит Бог, последнее, что мне хотелось бы делать после смены, – это садиться за швейную машинку, но ей, по-видимому, данное занятие доставляет удовольствие. Многоразовые маски я купить пока не успел, а голубые медицинские стирать нельзя.
– Откуда она вообще про меня знает?
– Это она устроила нашу с тобой встречу.
– Я не хочу забирать себе твою маску…
– О, не переживай. Афина и мне сшила такую же. Только без подсолнухов.
На щеках Финна вспыхивает румянец.
– Афина… – повторяю я. – Это ее настоящее имя?
– Ее мама – гречанка, а папа из Детройта.
Я жду, когда Финн скажет: «Ей 65 лет» или «она замужем дольше, чем мы живем на этом свете». Или даже просто пошутит над моей ревнивостью. Но он не говорит ничего подобного, и я осторожно кладу маску рядом с тарелкой.
– Похоже, ты много о ней знаешь, – замечаю я.
– Наверное, это нормально, если вы вместе каждый день боретесь со смертью, – отзывается Финн.
Я обижена на женщину, которая, возможно, спасла мне жизнь. Я ревную Финна, хотя сама изменяла ему во сне.
Я заставляю себя успокоиться и говорю:
– Пожалуйста, передай от меня Афине большое спасибо.
Пока Финн доедает свой сэндвич, я рассказываю ему о том, что наткнулась сегодня в Интернете на смешной ролик: «Как сделать маску из чашечки бюстгальтера».
Финн наконец улыбается. Я понимаю, что достигла своей цели: его плечи расслабляются, а напряжение спадает. Именно я помогла ему забыть о печалях и заботах и именно такая я ему нужна.
Что мы с Финном умеем делать на отлично – так это быть предсказуемыми.
– Я пытаюсь вспомнить, как заболела. Ты обещал рассказать все, что я захочу узнать. У меня болела голова до того, как мне стало плохо, или…
– Диана, – прерывает меня Финн, потирая виски, – а можно просто… – Он смотрит на меня с мольбой в глазах. – Денек был тяжелый.
Я забываю все то, о чем собиралась его спросить.
– Может, посмотрим какой-нибудь фильм? – Финн, видя, что я замолчала, встает, притягивает меня к себе и зарывается лицом в изгиб моей шеи. – Мне очень жаль, – шепчет он.
Я провожу пальцами по его волосам:
– Знаю.
Мы устраиваемся на диване и включаем телевизор в поисках какого-нибудь эскапистского кино. По одному из каналов показывают «Мстители: Финал», и мы тут же включаемся в происходящее на экране. Точнее, Финн включается. Я же засыпаю его вопросами типа «Почему Капитан Марвел не может просто надеть перчатку и всех спасти?». Я не сразу понимаю, что Финн плачет.
Почти в самом конце фильма Пеппер Поттс садится на корточки рядом с Тони Старком, который пожертвовал собой, чтобы спасти вселенную, и говорит ему, что с ними все будет в порядке, а Тони просто смотрит на нее, так как знает, что это неправда. «Теперь ты можешь отдохнуть», – произносит она и целует мужа.
Плечи Финна дрожат, и я отстраняюсь, чтобы увидеть его лицо. Но Финн подается вперед и закрывает лицо руками, пытаясь подавить рыдания. Мне кажется, что за все годы нашего знакомства я ни разу не видела, чтобы он дал слабину. Зрелище меня пугает.
– Эй! – Я дотрагиваюсь до его руки. – Финн, все хорошо.
Дрожащей рукой он вытирает глаза.
– Они просили меня подписать отказ от реанимации. Я не знал, как поступить. Я пришел к тебе в палату, сел рядом с тобой и сказал, что, если тебе нужно уйти, в этом нет ничего страшного.
Быть может, я даже слышала его, будучи на седативных препаратах. Быть может, я все это время отдыхала, чтобы потом с боем вернуться в страну живых. Но у Финна не было времени отдохнуть.
Он потихоньку успокаивается, а затем смущенно переводит взгляд на меня.
– Прости, – бормочет он.
Я глажу его по щеке:
– Не нужно извиняться.
Он хватает мою руку и целует ее.
– Я не думал, что все произойдет именно так, – бормочет Финн себе под нос, а затем смотрит мне в глаза. – Я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Я не понимал, что это значит, пока чуть не потерял тебя. – Он опускает голову. – У меня был целый план, но я не думаю, что смогу ждать…
Я вскакиваю с дивана и отдергиваю руку. Мои пальцы тут же становятся холодными как лед.
– Мне нужно… в туалет, – выпаливаю я и, спотыкаясь, бреду в ванную, а затем плотно закрываю за собой дверь, открываю кран с холодной водой и брызгаю ей себе на лицо.
Я знаю, что хотел сделать Финн. Я всю жизнь мечтала об этом моменте. Так почему же я не смогла позволить ему случиться?
Я вся вспотела, мне холодно и меня трясет. Уже много лет я знаю, чего хочу. И теперь, когда этот момент настал…
Теперь, когда он настал…
Я не уверена в своей готовности.
Я выключаю воду и открываю дверь. Финн все еще сидит на диване и смотрит телевизор. Его слезы давно высохли, и он пристально наблюдает за тем, как я сажусь рядом с ним.
– Что я пропустила? – спрашиваю я, глядя на экран.
Я чувствую на себе его взгляд. Кажется, я слышу, как он отвечает:
– Ну ладно.
Думаю, есть темы, которые никто из нас не готов обсуждать. Я прижимаюсь к Финну и кладу его руку себе на плечи. Спустя какое-то время я чувствую, как он шепчет мне в макушку:
