Мои пальцы скользят внутри нее, и она задыхается от этого ощущения. На вкус она как
солнце.
— Ты чертовски красивая, — я спускаюсь к ее горлу, потом проделываю дорожку
из поцелуев до ее полной груди. — Очень красивая.
Я втягиваю ее грудь в рот и мягко сосу. Она тянется ко мне, сжимает меня,
ударяясь, ее руки падают вниз к каменной стене душа. Ее дыхание сейчас тяжелое
неровное и резкое. Я слышу это.
Я перехожу к другой груди и сосу ее, дразню, наслаждаясь ею. Кожа Милы
влажная и мягкая, и когда она открыла глаза и посмотрела на меня, я увидел ее не
сфокусированный и дикий взгляд.
Она хочет меня. Этот взгляд почти непостижим для меня. Она хочет меня так же,
как я хочу ее. Я стону и зарываюсь лицом в ее шею.
Ее рука сейчас на моем члене, и он пульсирует от этого в ее руке, горячий и
тяжелый. Я хочу ее так, как никогда никого не хотел. Я стону, и от этого она улыбается,
скользя рукой вверх и вниз по всей длине моего члена.
— Ты такой большой, — бормочет она тихо.
Такой же большой, как мои зубы.
Я будто хищник кружу над ней, спиной толкая против плитки. Она невинна и
красива. А я... нет.
Я ее не заслуживаю. Я сглатываю.
— Ты хочешь меня? — спрашиваю я ее, мои губы просто шевелятся напротив нее.
Она кивает, глаза крепко закрыты, когда она проводит руками по моей спине и
вниз по бедрам.
— Теперь открой глаза и скажи это, — говорю я ей нервно. — Скажи мое имя.
Ее глаза, дрожа открываются, и она смотрит в мои.
— Я хочу тебя, — бормочет она. — Пакс.
Мой язык закручивается вокруг ее, влажный и горячий. Я, возможно, не
заслуживаю ее, но она все равно хочет меня. Мои кишки сжимаются.
— Скажи это еще раз, — говорю я ей спокойно.
Она смотрит на меня своими огромными зелеными глазами.
— Пакс, — выдыхает она. — Я хочу тебя.
— Черт, — бормочу я и отрываюсь от нее лишь на мгновение, чтобы выбраться за
дверь и вытащить бумажник из моих штанов, валяющихся на полу. Я вожусь с
презервативом, а затем возвращаюсь под воду, притянув Милу к себе.
И тогда я проникаю в нее.
Вспышки взрываются под моими веками, потому что быть в ней так чертовски
хорошо. В такой мокрой, такой чертовски тугой. Я мог умереть прямо здесь и никогда бы
не пожалел.
Мила задыхается, поэтому я придерживаю ее, а потом она хватается за мою спину,
притянув меня к себе.
— В тебе так хорошо, — в ответ она скулит мне в ухо. И тепло затягивает мою
грудь.
Я стону и пытаюсь сосредоточиться на чем-либо, что не позволит мне сразу
кончить, но я знаю, что это бесполезно. Ее груди бьются напротив меня, влажные и
мягкие, и каждый раз, когда я проникаю в нее, трение подталкивает меня все ближе к
краю.
Она тянет меня ближе и в этот момент, я знаю, что она это весь свет и добро в
мире.
Я двигаюсь внутри нее. Тепло между нашими влажными телами сводит меня с ума.
— Я собираюсь кончить, — говорю я напротив ее мокрой шеи.
Она открывает глаза и смотрит на меня.
79
— Тогда кончай, — говорит она просто.
А потом она погружает свой язык в мой рот, и я не могу удержаться. Мой член
пульсирует внутри нее, и она сжимается вокруг меня. Я дышу неровно, прижимая ее к
стене, и после, кажется, походит час, перед тем, как мы оба скользим на пол. Сейчас она у
меня в руках, и вода льется на нас.
Я даже говорить не могу. Я просто держу ее, качая на своих коленях, и этот момент
кажется самым значимым. Мы сидим в таком положении очень долго, пока вода не
начинает становиться прохладной.
Мила поднимает голову.
— Это было удивительно, — бормочет она. Она немного отстраняется и
поглаживает сторону моего лица. Я опираюсь на руку и закрываю глаза. — Ты прекрасен,
— добавляет она. Мой желудок сжимается.
— Я не прекрасен, — отвечаю я. — Это далеко не так.
— Ты такой, — настаивает она. — Ты просто должен поверить моим словам.
Я качаю головой, но не отпускаю свой контроль над ней, и она снова кладет свою
голову мне на грудь.
— Вода становится холодной, — говорит она сонно. Ее ноги переплелись с моими,
а тело лежит на мне. Не похоже, чтобы она беспокоилась о воде, но мы оба провели
достаточно много времени в холодной воде за сегодня.
Неохотно я сажусь и тяну Милу на ноги. Я вывожу ее из душа и оборачиваю в
полотенце прежде, чем проводить к себе в спальню и даю футболку. Я надеваю ее через
голову и смотрю на неё сверху вниз.
— Оставайся со мной сегодня ночью, — прошу я ее. — Ты устала, я устал и на
улице холодно. Просто останься здесь.
Она улыбается мне.
— Таков был план с самого начала, — она лукаво улыбается. — У меня есть сумка
в машине у "Холма".
Я смотрю на неё
— Ты имеешь в виду... ты собиралась... сегодня ночью?
Она смеётся.
— Говори, Пакс. Это не так сложно. Да, я была готова сегодня ночью.
Я вынуждено хихикаю и качаю головой.
— Тебе нравится заставлять меня гадать? — спрашиваю я её, ведя к кровати, и
