Мокрая одежда неприятно облепила тело, заставляя дрожать от прохлады. Я испытывала непреодолимое желание уйти, исчезнуть провалившись под землю, чтобы больше не видеть и не слышать никого. Было нестерпимо стыдно, что друг видит меня в столь неприглядном положении. Но он лишь крепко сжимал ладонь, не давая отстраниться. А потом вдруг раскрылась дверь и на пороге возник не на шутку взволнованный Максим. Он обнял меня, прижимая к себе. Ни о чём не спрашивал, не упрекал. Просто молчал, сжимая в своих руках так сильно, словно опасался, что я действительно могу испариться.
— Никита… заберёшь вещи Алёны. Давайте уйдём отсюда.
— Ты всё знаешь?
— Да! Вся школа «на ушах стоит» по этому поводу, разделившись на два лагеря. Одни прониклись жалостью в Алёне, а другие осуждают тебя, за то, что ты посмел ударить девушку.
— Если бы всё отмотать назад, единственное чтобы я изменил, эту ту силу, что вложил в удар. Надо было звездануть этой поганке так, чтоб она встать не смогла.
— Как я понял конфликт решили замять, не вызывая полицию. Не хотят портить репутацию школы… — зло процедил Максим.
— Мудро… — покачал я головой. — Ждите здесь, скоро вернусь.
Сняв пиджак с плеч Фадеев набросил его на мои плечи. Я исподлобья глянула на парня, даже не представляя, как сейчас выгляжу.
— Не всё так плохо, маленькая, — наконец произнёс он, рассматривая мои волосы. — Сделаем стрижку, тебе пойдёт. Честно! А Семёнова не останется безнаказанной, поверь мне. Раз эта история не покинет стен заведения, я найду иной способ сделать больно этой напыщенной курице.
— Не надо, Максим. Зло порождает зло.
— Да. Ты права. Сделаю так как ты скажешь. Только не молчи Алёна, говори со мной. Плачь, кричи, можешь ударить, хочешь? Только прошу, не храни всё в себе!
Склонив голову на его грудь, я всхлипнула, но слёзы сдержала, осознав, что ими никак не помочь случившейся беде.
— Пошли, ребята, — в дверной проём заглянул Громцов.
— Тебе помочь? — обратился ко мне Максим.
Запахнув пиджак, я встала, упрямо покачав головой.
Не дожидаясь прихода гардеробщицы Никита перемахнул через возвышение и снял наши куртки с крючков.
Услышав сигнал оповещения, сообщавший о том, что заказанное такси уже подъехало, мы вышли в осеннюю прохладу. Влажные колготки тут же тисками сковали ноги.
— В торговый центр, пожалуйста, — обратился к мужчине Макс.
— Куда именно? Их много по городу раскидано.
— В самый ближний.
— Значит в «Парад».
— Всё равно.
* * *
Стоя в примерочной кабинке я разделась до белья тщательно вытирая тело влажными салфетками. На своё отражение старалась не смотреть, чтоб вновь не разреветься. Облачившись в мягкий свитер и чёрные брюки, которые выбрал Максим, сложила мокрые вещи в пакет и отодвинув шторку в сторону вышла к своим друзьям.
«Вот! Другое дело! Сейчас зайдём в парикмахерскую и будешь у нас, как новенькая».
Никита ободряюще поднял вверх большой палец, я невесело усмехнулась ему в ответ всё ещё переживая от того, что ему пришлось увидеть меня облитую грязью и униженную.
«Идём», — сказал Макс, забирая пакет из рук.
Мы поднялись на второй этаж, где мастер Артём тут же усадил меня в кресло, задумчиво расчесывая то, что осталось после «стрижки» Семёновой.
— Кто её так? — обратился к маячившему за спиной Никите.
— Одноклассница, слетевшая с катушек.
— Что полиция?
— К ним не обращались.
— Неужели оставите всё так?
— Есть предложения?
Стилист кивнул загадочно усмехнувшись, сам же что-то прикинув в голове, наконец встретился со мной взглядом.
— Предлагаю сделать «боб», макушка поднимется, будет смотреться вполне не плохо. Чёлку, кстати, придётся стричь в обязательном порядке, слишком близко к линии роста прошлась та безумная девица.
— Делайте, что хотите… — печально ответила я, прикрыв глаза.
* * *
Мастерство и опыт Артёма смогли сотворить чудо. Из салона я вышла вполне довольная своим отражением. Короткая чёлка ничуть не портила лицо, сделав меня визуально на пару лет младше. Мальчишки старались, чтоб я как можно скорее забыла о произошедшем, не позволяя и на минуту углубиться в свои скорбные мысли. После преображения они увезли меня в недавно открывшийся ресторан кавказской кухни, где мы заказали вкусный сочный шашлык и долму, которую я пробовала впервые. В подарок от заведения мне как имениннице принесли шоколадное пирожное, украшенное взбитыми сливками. Посредине десерта возвышалась тонкая витая свечка. Задувая её, я загадала единственное желание, стать наконец-то счастливой и, чтобы все недоброжелатели исчезли без следа из моей жизни. Навсегда!
* * *
Никита нас покинул, сославшись на важные дела, так что домой мы отправились вдвоём с Максимом. На площадке пятого этажа он обхватил моё лицо ладонями пристально смотря в глаза.
«Огонёчек, я никогда тебя не отпущу. Даже не переживай об этом. Ты моя самая бесконечная вселенная!»
Проведя рукой по коротким волосам подтолкнул к дверям квартиры, напомнив, что в девять вечера зайдёт за мной и я должна одеться как можно теплее.
— Алёна! Постриглась! Почему, дочка? — всплеснула руками мама, едва я вошла в коридор.
— Захотелось измениться, — лгала, глядя в глаза.