Огонь. Огонь, сжигающий изнутри Одинокого Лота. Одинокого Лота…
Странный образ, ворвавшийся в сверкающую эйфорию, уводил куда-то в неуютные дали, за пределы сиреневого леса. Но разве есть что-то за его пределами?
Есть только лес, полный сверкающих радуг и это несмолкающее «Эрнист! Эрнист! Эрнист!»
«Думай об Избавлении», — снова разбил ослепительное сияние радуг серо-голубой луч.
О, навязчивый голос!
Не иначе, как он принадлежит одному из ликов Многоликого Януса!
Эрнист остановился у огромных красных ворот, за которыми мерцали в непроглядной тьме бесчисленные огоньки. Их мягкий свет манил в пустоту.
— Эрнист! Эрнист! — звали голоса из мерцающей бесконечности, обещая Великое Блаженство.
Многоликий Янус. Голосом Муна он просит принести Избавление.
«Скоро я стану тенью, — с радостью подумал Эрнист. — Скоро, скоро Многоликий Янус получит Избавление», — и с умиротворенной улыбкой шагнул за ворота.
— Смотрите! Он не стал Слепцом, — безумствовал Многоликий Янус. — А значит, он не станет тенью!
— Тише, — заглушил гул, наполнивший Долину Скал, голос Муна, звучание которого вдруг обрело необыкновенную силу и ясность. — Кто, кто из вас усомнится в том, что Великое Пророчество исполнится?
Многоликий Янус недоуменно молчал.
Муну было известно, насколько непоколебима вера Многоликого Януса в слова, начертанные на вершине Скалы Пророчеств.
— Верно, верно говоришь, Слепец Мун, — поддержал вернувшегося из Долины Теней Слепец Дин. — А если Пророчество неизбежно исполнится, не все ли равно, КАК оно исполнился.
— Верно, верно, — согласился, зашумел Многоликий Янус. — Ступай же, Эрнист, обратно в Лес Прозрений и принеси нам Избавление.
— Ах, Эрнист, если бы возможно было войти в Лес Прозрений вдвоем, я бы отправился вместе с тобой, — вздохнут Мун.
— И я! И я! — отозвались еще несколько голосов.
— Лот. Мун. Аксис. — Эрнист перебрал все имена Многоликого Януса, которых оказалось так много, что солнце успело трижды погаснуть и снова озарить Долину Скал. — Я буду счастлив вашим Избавлением.
— Мы никогда не забудем тебя, Эрнист.
Эрнист отвернулся, чтобы не видеть бесчисленных мерцающих слезинок Многоликого Януса и зашагал к Лесу Прозрений.
— Думай об Избавлении! — настиг Эрниста уже в сиреневом лесу голос Муна.
Бесчисленные мерцающие огни… Их свет испепеляет, но это уже не важно. Вернее, именно это, только это и важно, ведь…
— Эрнист! Эрнист! — раздавалось в вышине.
… ведь когда Вечно Юный станет тенью…
— Эрнист! Эрнист! Эрнист!
Ни у одного из ликов Многоликого Януса нет такого прекрасного голоса.
