— О, Великий Эрнист, — простер к Вечно Юному облаченный в черные одежды. — Ты трижды вошел в Лес Прозрений и остался Вечно Юным. Ты единственный, у кого есть выбор. Хаос затянет всякого, кто посмеет в третий раз переступить черту, и только тебе позволено остаться на вершине блаженства. Останься, Эрнист, останься. Там дальше только вечный хаос. А здесь тебя ждет вечное блаженство. Ты доказал, что храбр без меры, Великий Эрнист. Ты отважился шагнуть через край, ты готов был стать тенью. Но ты столь же мудр, сколь отважен, о Великий Эрнист.
Только глупец из глупцов мог бы предпочесть вечному блаженству вечный хаос. Многоликий Янус не хочет Избавления. Многолкий Янус не стоит такой жертвы.
Жертвы? Мысли путались в голове Эрниста. О какой жертве говорит этот, в черных одеждах, чьи слова до сих пор лились льстиво и гладко, проникая в сознание, опутывая волю?
«Многоликий Янус не стоит такой жертвы».
Эрнисту показалось, что где-то он уже слышал эти слова.
Лот! Это говорил Лот!
«Многоликий Янус не хочет Избавления».
И бедняга Мун, когда был еще в Долине Теней, повторял то же самое.
Как же они ошибались!
И ведь никто иной, как Мун, потом громче всех молил о скором Избавлении.
Бедняга Мун теперь в огне. И Лот, бедняга Лот тоже.
Они ждут- не дождутся Избавления.
Смысл этого слова наконец проник в сознание Эрниста.
Так вот зачем он в этом странном лесу.
И надо поскорее поспешить к белым воротам.
— Остановись, великий Эрнист! — пытался остановить его тот же, в черных одеждах, и от бессильной злобы лицо его начало искажаться, черты стали отвратительными до омерзения, а на лбу прорезался третий глаз.
— Остановись, — скрежетал он зубами и голос трехглазого был наполнен ядовитой ненавистью.
Эрнист оттолкнул его.
«Думай об Избавлении».
Снова, как невидимый луч, проник в Лес Прозрений голос Муна.
— Верь, Мун, Избавление близко, — крикнул Эрнист так, что Лес Прозрений покачнулся, словно зыбкое отражение.
Эрнист почувствовал легкость, почти невесомость во всем теле.
Неведомая сила больше не подчиняла его движений.
И впереди во всей своей красоте и величии сияли белые ворота.
Вздох счастья вырвался из груди Эрниста.
Что ж, если ему суждено стать тенью, он растворится в Хаосе и принесет Избавление Долине Скал.
Ворота сияли так ярко, что их свет ослеплял.
Теперь Эрнист очень хорошо понимал Муна, которому даже слабое свечение в кромешной мгле причиняло муки.
