Мы все плоды былого вожделения.Неважно ты монах, иль ловелас.Божественное таинство рожденьяБывает жгучей тайною подчас.Как злаки колосятся над полямиБожественная милость нам дана,Но как они переплелись корнямиНе ведает ни Бог, ни Сатана.Учёный с давних пор дружил с вельможей.Для них обоих было не секрет,Что князя дочь была с учёным схожа.Кто не грешил по молодости лет?Частицы предков в каждом человеке.И князь не удивлялся, что княжнаСидела по ночам в библиотеке,Воруя просвещение у сна.Смеясь над приключениями брата,Пропавшего в объятьях юных див,Читала философские трактаты,Французские романы отложив.Пятнадцать лет. В мечтах о кавалерахНочами не смыкают девы век.А Катерина с томиком ВольтераМечтала встретить просвещенный век.Балы источник праздности и скуки.Нет ничего глупее, и грубей.Она войти мечтала в храм науки,И посвятить себя всецело ей.С учёным, познакомившись однажды,Волнуясь, от смущения бела,О мнении света, позабыв отважно,К нему в лабораторию вошла.В движениях своих был очень ловокУчёный муж. Всё делал не спеша.В волшебный мир пробирок и спиртовокВлюбилась удивлённая душа.Как маг огня, или факир индийский,Иль непокорный Зевсу Прометей,Держал учёный два огромных диска,Играя светом радужных огней.Движением своих некрепких мускулОн мог переместить огромный шар.А миллионы маленьких корпускулКипели в колбе, выделяя пар.В клеёнчатом переднике СветилоПред девушкой стоял без парика,И некая безудержная силаБыла в тщедушном теле старика.Почти что пятьдесят. По меркам векаПреклонных лет. Хотя душою юн.Он был высоким стройным человеком.Всегда сосредоточен и угрюм.Она, мечту заветную лелея,Ходила мыть пробирки много дней.И вскоре упросила корифеяПринять её помощницей своей.Так вопреки обычному суждению,Вдруг стала лаборанткою княжна.С невиданным никем доселе рвением,Свою работу делала сполна.И многому, учась, хотела чтобыХранился этот маленький секрет.И, слава Богу, об её учёбеНе ведал долго вездесущий свет.За днями дни в учёбе пролетели,Пока он о науке говорил,В созревшем, наконец, девичьем телеКипели страсти в поисках любви.С ним барышня была всё время рядом.Он говорил какие-то слова.Она его съедала томным взглядом,И плохо соображала голова.Уже не лезло в голову ученье,И поняла несчастная княжна,Что в облаках безумного влечения,Она была по уши влюблена.Она себя за это презирала.Легла ей на чело тоски печать,Но в жилах кровь бурлила и играла.Учёный начал это замечать.Он тоже обожал её безмерноКак дочку, и желал ей лишь добро.Но часто по ночам в мечтах химерныхТолкал его нечистый под ребро.Под париком уже глава седая.Покрылись слабым серебром виски.Нас часто бес на глупости толкает,Когда в браде седые волоски.Луна на небе в облаке купалась,И за окном шумел осенний шквал.Она щекой к руке его прижалась,И он её к груди своей прижал.Наверно Дьявол помогал забыться.Не помнил то, что обнимает дочь.Глаза горели. Радостные лицаСветились счастьем в сладостную ночь.В пылу любви услышал он не сразуВ ушах звучащий сатанинский смех.И только поутру вернулся разум.Он осознал воочию свой грех.Сознание греха лишило силы.Померк пытливый ум и ясный взор.Он вскоре от горячки слёг в могилу,Похоронив навеки свой позор.А девушку упрятали в поместьеНа время, чтобы скрыть её порок.И там, уже просватанной невестой,Она родила сына точно в срок.Гремела балом свадебным столица.Была княжна мила и весела.А мальчика в казацкую станицуКормилица навеки увезла.На средства, что ей дали за молчаньеПостроила она просторный дом.В нём жил на радость ей малыш отчаянный,И вырос настоящим казаком.
