Он выждал несколько дней, пока страсти улягутся. Затем, набравшись смелости, взял с собой глиняный горшок с маминым вареньем из лесных ягод (к которому он тайком добавил крошечную, почти невесомую щепотку магии жизни, для усиления вкуса и «свежести») и отправился к дому на холме.
Лука колол дрова на своем дворе. Делал он это с пугающей эффективностью. Полено — удар — две идеальные плахи. Никаких лишних движений.
— Чего? — бросил он, не прекращая работы, заметив Василия.
— Доброго здоровья, господин Лука. Мать передала, от нашей семьи. Варенье, — Василий выставил вперед горшок, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Лука остановился, воткнул топор в колоду и оценивающе взглянул на парня. Взгляд был острым, как лезвие.
— Кузнецов, да? Слышал, у Геннадия сын подрастает. Спасибо. Передай матери благодарность.
Он взял горшок и уже было развернулся, давая понять, что разговор окончен, но Василия не остановило.
— Господин Лука! Я хочу вас кое о чем попросить.
— Некогда мне, парень. Дела есть.
— Я знаю. Поэтому и пришел. Я хочу… я прошу вас научить меня владеть оружием.
Лука обернулся, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на насмешку.
— Тебе бы с девками бегать да с мальчиками играть. Зачем тебе это?
— Чтобы быть сильным, — честно ответил Василий.
— Сильным? Сильным зачем? Баб пугать? — Лука фыркнул.
— Чтобы защищать. Семью. Себя. Чтобы иметь выбор, — слова лились сами, подогреваемые годами копившегося желания.
Лука помолчал, изучая его. Его взгляд скользнул по жилистым рукам Василия, задержался на его глазах, в которых горел не юношеский задор, а холодная, взрослая решимость.
— Руки в мозолях. С кузницы? Отец учит?
— Учусь. Но молот — для железа. Я хочу научиться для… для людей.
Василий боялся, что сейчас прозвучит отказ. Но Лука неожиданно кивнул в сторону груды неколотых дров.
— Видишь поленья? Колка дров — первый урок. Умение правильно рубить — основа основ. Покажи, что можешь.
Это был тест. Василий подошел, взял другой топор. Он был тяжелее и с непривычно длинным топорищем. Он поставил полено, замахнулся и ударил. Топор вошел криво, расколов полено лишь наполовину.
— Сила есть, — констатировал Лука. — Толку нет. Смотри.
Он взял свой топор, и одним плавным, кажущимся легким движением разрубил полено вдоль.
— Не мышцами бить надо, а головой. Чувствовать дерево. Чувствовать инструмент. Точность важнее силы. Будешь приходить каждый день после своих дел. Будешь колоть мои дрова. Пока не научишься делать это идеально. Потом посмотрим. Бесплатно не буду учить. Месяц работы за урок. Дрова, вода, уборка двора. Согласен?
Василий чуть не прыгнул от радости. Это был шанс!
— Согласен!
— И еще одно, — голос Луки стал жестким. — Никому ни слова. Не люблю, когда обо мне треплются. И если пожалуешься отцу или за лень схвачусь — выгоню в шею. Ясно?
— Ясно, господин Лука!
С того дня жизнь Василия обрела новый ритм. С утра — помощь отцу в кузнице, днем — свои дела и тренировки с молотом, вечером — он бежал на холм к Луке. Он колол дрова, таскал воду, чистил двор. А Лука стоял рядом, курил трубку и бросал короткие, лаконичные замечания.
«Ногу не ставь так, сломаешь».
«Корпус держи».
«Смотри на сучок, он тебе линию реза подскажет».
И Василий слушался. Он не просто рубил. Он анализировал. Он спрашивал у Системы: «Как улучшить точность удара?» И Система, как безличный тренер, выдавала: [Рекомендация: синхронизация дыхания с фазой замаха и удара. Концентрация на цели. Анализ структуры материала.]
Через месяц его дрова были почти так же хороши, как у Луки. Старый гвардеец, осматривая аккуратную поленницу, хмыкнул — высшая форма одобрения.
— Ладно. Завтра начнем. Принеси с собой палку. С метр длиной, потяжелее.
Василий не спал всю ночь. Наконец-то. Его путь воина начинался.
Год пролетел в едином, выверенном ритме, как удары молота о наковальню. Для Василия Кузнецова эти двенадцать месяцев стали временем титанического труда и тихого, никому не заметного преображения.
Ему исполнилось пятнадцать. Его тело, больше не худощавое, а жилистое и прочное, как корень дуба, стало вместилищем новой силы. Каждый день был расписан по часам, каждая минута использовалась для прокачки.
Утро начиналось до рассвета. Пока деревня спала, он уходил на окраину, к старому дубу, и отрабатывал стойки, удары и перемещения с тяжелой палкой-прототипом меча, которую вскоре сменила настоящим, хоть и старым, тренировочным мечом, подаренная Лукой. Он не просто махал ею — он отрабатывал движения, которые старый гвардеец показывал ему днем ранее. Система беспристрастно фиксировала прогресс: [Навык «Владение мечом» получен. Уровень 1]… [Уровень 2]… [Уровень 3].