– Знаю, дорогая. Я понимаю. – Она гладит меня по спине, а все, о чем я могу думать – это то, что Илай делает это гораздо приятнее. – Джозеф, приготовь-ка нам чаю, чтобы мы могли сесть и обо всем поговорить.
– Конечно, – папа идет было на кухню, но затем останавливается, подходит ко мне и целует в макушку.
– Все будет хорошо, милая. Мы со всем справимся.
Я расхаживаю взад-вперед перед дверью номера, раздумывая, какого черта Пэйси все еще меня не впустил. Я поднимаю кулак, чтобы постучать еще раз, но в этот момент дверь приоткрывается, и в щель выглядывает глаз.
– Что, собственно, происходит?
Я толкаю дверь, врываюсь внутрь, отталкивая Пэйси в сторону, и начинаю нарезать круги по номеру.
– Чувак, ты слышал что-нибудь от… – Я бросаю на него взгляд и понимаю, что он голый, за исключением подушки, которой он прикрывает пах. – Гм, ты какого хрена вообще делаешь?
– Какого хрена я делаю? – спрашивает он. – Пытаюсь побыть наедине со своей девушкой, черт тебя дери!
– Винни здесь? – спрашиваю я в замешательстве.
– Нет, придурок, мы с ней говорим по видеосвязи.
Я смотрю на прикроватную тумбочку и вижу телефон.
– Ой…
– Да. Ой. Так что говори, какого черта тебе нужно, пока я не выпинал тебя вон.
– Это все твои родители. Они неожиданно приехали. Сейчас они у Пенни.
Гнев Пэйси быстро сменяется беспокойством.
– Черт. – Все еще прикрывая промежность подушкой, он подходит к тумбочке, в результате чего мне открывается роскошный вид на его задницу – ничего особенного, я ее уже неоднократно видел, – и берет телефон. – Хей, малыш. Мне нужно с этим разобраться.
– Ладно. Люблю тебя. Позвони мне, когда закончишь.
– Люблю тебя. – Пэйси кладет трубку и идет в ванную, чтобы натянуть брюки.
Он возвращается, все еще прикрывая подушкой пах, и садится на кровать.
– Что, стояк? – спрашиваю я.
– Да, и я бы хотел, чтобы ты его не видел.
– Ты меня с Тейтерсом путаешь. Это ему нравится разглядывать чужие стояки, чтобы потом сравнить размер.
Пэйси устало проводит рукой по лицу.
– Просто объясни мне, что, черт возьми, происходит.
– Я не знаю. Я отправил ей букет цветов, потому что она странно себя вела, и я решил, что это поднимет ей настроение. Когда она ничего не сказала, я позвонил, и она ответила мне шепотом. Сказала, что приехали родители. Потом начала объяснять, что ей пришлось сказать им, будто она выдумала себе прозвище и сама заказала себе цветы. Честно говоря, я ни хрена не понял. Потом я услышал голос ее родителей, и она повесила трубку. Я сразу же пошел к тебе, чтобы узнать, не слышал ли ты что-нибудь.
– Ничего. Думаешь, стоит им позвонить?
– А ты можешь? – в отчаянии спрашиваю я. – Я несколько раз пытался дозвониться до Пенни, но она не берет трубку. Я послал ей несколько сообщений – тоже не отвечает. – Я провожу рукой по волосам. – Она боялась рассказать все родителям. Я боюсь, что у нее проблемы.
Пэйси уже листает список контактов. Он нажимает кнопку вызова и включает громкую связь. Раздается несколько гудков, затем на другом конце линии берут трубку. Сердце замирает у меня в груди.
– Привет, сынок, – произносит мужской голос.
– Привет, пап, – нервно говорит Пэйси. – Как у вас дела?
– Все в порядке. У твоей сестры тут случился нервный срыв, а так ничего страшного. А ты? Уже добрался до гостиницы?
– Черт, – бормочу я, начиная расхаживать по комнате.
– Да… Илай сказал мне, что вы заглянули в гости. Я полагаю, вы все знаете?
– Знаем. Мы теперь много чего знаем. Я и забыл, как долго твоя сестра может молоть языком. Я услышал то, чего ни один отец не должен знать о своей дочери. Илай сейчас с тобой?
Пэйси смотрит на меня.
– Да.
– Тогда скажи ему, что я вряд ли смогу посмотреть ему в глаза после монолога твоей сестры о его дне рождения.
Да твою же мать!
Я хватаюсь за голову обеими руками.
– С ней все в порядке? – беззвучно произношу я.
– Как она, пап?
– Э-э, все еще плачет. Мама ее обнимает. У нас тут очень эмоционально насыщенный вечер. Думаю, мама останется с ней на ночь, а я вернусь в гостиницу. Кажется, Пенни сейчас очень нелегко.
– Да, Илай говорил, что она боится вам рассказывать. Вы… злитесь?
Он недолго молчит, а затем говорит:
– Нет. Такое случается. Вы все взрослые люди. Иногда бывает, что ты делаешь все правильно, но что-то все равно идет не так. Я больше расстроен, что она так долго об этом молчала. У нее уже начался второй триместр. Она уже долго справляется со всем в одиночку.
– Она была не одна, – быстро говорит Пэйси. – С ней был Илай.
Вот теперь я поражен. Я знал, что наши отношения постепенно налаживаются, но я не думал, что он будет меня защищать.
– И Винни с Блейкли тоже помогали.
– Я рад это слышать, но она должна была нам рассказать. Мама могла бы ей помочь. Она могла бы поговорить с теми, кто уже через это проходил. Ты должен был объяснить ей это, Пэйси.
На его лице появляется виноватое выражение.
– Я не очень хорошо со всем справился. Я очень разозлился, и потребовалось долгое время, прежде чем Винни смогла до меня достучаться. Я только недавно понял, что вел себя как кретин.
Пожалуй, я должен Винни подарок.
– Но я обещаю, что стану лучше.
