Итак, выбора не было, Б. Б. пришлось заняться свинофермой. На оплату счетов денег хватало, хотя и впритык. Правда, с вонью он так и не смог смириться; кроме того, животные вызывали у него нестерпимое омерзение — все это зверье, которое воняло, гадило и требовало жрать, вечно хрюкало и ревело от боли и унижения и которое следовало бы умертвить хотя бы в наказание за то, что оно вообще посмело жить. Не говоря уже и о самой земле — об этом месте, этой проклятой Богом ферме, с которой были связаны воспоминания об этом старом хрене, о дедушке Б. Б., ради которого, как искренне полагал внук, ад непременно должен был существовать. А уж близость ненавистного амбара и вовсе не давала Б. Б. спать спокойно, и в конце концов он уговорил троицу толстобрюхих и широкоплечих молодцов из местных снести постройку к чертовой матери. В обмен за услугу, в качестве расплаты, он предложил им пива и целую зажаренную свинью.
Возвращение на ферму, работа на дедовской земле казались Б. Б. унижением, кошмаром наяву. Но что поделаешь, коли он сел на мель — и это еще мягко сказано. А ферма позволила ему плыть дальше. Над головой у него была крыша, на еду денег хватало, а порой даже и на вино, к которому он пристрастился в Вегасе.
А потом, однажды поздним вечером, к нему пришел этот парень — байкер из банды под названием «Псы дьявола». Они были знакомы лишь шапочно: пару раз беседовали в местном баре. Этот парень был приятелем одного из ребят, разбиравших амбар. Не возражает ли Б. Б., если несколько хороших парней устроят у него маленькую лабораторию? Об этом никто не узнает: ведь от свиней идет такая вонь, что запах мета никто и не почувствует. От самого Б. Б. требуется только одно — держать язык за зубами, а они станут ему платить по тысяче долларов в месяц.
Это была отличная сделка. Пару месяцев Б. Б. было даже не интересно, чем занимаются эти «химики», но затем он стал к ним заходить, понемногу освоил их ремесло, узнал, насколько это легко: на пару сотен долларов покупается вполне легальный медицинский препарат, который затем превращается в сильнейший наркотик, по сравнению с которым кокс — какая-нибудь водянистая жижа вроде растворимого кофе «Максвелл Хаус». Но однажды, когда ребята продавали свой товар, их повязали. Б. Б. полагал, что и за ним придут рано или поздно, но этого так и не случилось. Затем он все ждал, что другие ребята из той же команды явятся, чтобы забрать оборудование, но и этого не случилось. Итак, в его полном распоряжении оказалась отлаженная машина по производству денег, и добровольно отказаться от нее было бы полным безумием.
Единственная беда была в том, что Б. Б. понятия не имел, как наркотики продают. Он даже не знал, с чего начать. Он представить себе не мог, как напялит плащ, встанет где-нибудь на углу и будет делать знаки каждому тощему голодранцу, живущему в каком-нибудь сраном трейлере, одетому в рубашку на два размера больше и имеющему во взгляде выражение безысходности. Но Б. Б. все равно продолжал варить мет — правда, в небольших количествах: тридцать—шестьдесят граммов в месяц, просто для того, чтобы развить необходимые навыки. Он решил пока не увеличивать объемы: все-таки он еще не совсем понимал, что делает, а производство мета — это как катание на «американских горках» с банкой нитроглицерина за пазухой.
Б. Б. просто варил крэнк, а потом хранил. Это было не более чем хобби — все равно что распихивать кораблики по бутылкам. Какая-нибудь пара дней работы — и вот он, этот симпатичный желтый порошочек. Со временем у него стало получаться все лучше, он обрел уверенность в своем мастерстве, стал делать все больше и больше, нашел способ избавляться от отходов, до того токсичных, что песок прожигают насквозь. Год спустя у него скопилось этой дури на несколько тысяч долларов, но он по-прежнему не имел понятия, как ее сбыть.
И когда в деловом разделе местной газеты он наткнулся на объявление о том, что издатели «Энциклопедии чемпионов» ищут человека, готового возглавить торговую сеть в их штате, картина наконец начала складываться воедино. Б. Б. заявил, будто он — предприниматель и что он сможет управлять книготорговлей ничуть не хуже, чем управляет своим «сельскохозяйственным предприятием» — именно так он титуловал свиноферму; но позже оказалось, что он напрасно метал бисер и распускал хвост: его деловые способности фирму нисколько не интересовали, точно так же, как начальников отдельных команд не интересовали способности новоиспеченных книготорговцев. Правило было одно: нанимаешь всех подряд, кидаешь их в воду, а дальше только смотришь, кто выплывет, а кто нет.
