- А знаешь, - вдруг подала голос Кейт, до этого сосредоточенно пережевывающая листик салата, - мне почему-то показалось, что вы с Роном можете стать друзьями. - О нет, вот только не надо пытаться найти мне друзей. Я разве кричу о своем одиночестве? Или это итак слишком заметно? - Несмотря на то, что вы оба такие разные - тем не менее у вас много общего, - вдохновенно продолжала она, намеренно не замечая отсутствие моего энтузиазма. - Вы оба мало разговорчивые, серьезные и... как бы это правильнее сказать... Вы оба работаете не на публику, а только на близких людей. Понимаешь, что я имею в виду? А когда вчера ты задремал на плече Рона, он не стал тебя тормошить и аккуратно держал руль так, чтобы твоя голова не соскользнула, хотя ему явно было не очень удобно... Эй, ты чего на меня так уставился? Я ничего не придумываю.
Кейт моментально надувалась, стоило заподозрить ее во лжи. На самом деле у нее была совершенно милая особенность иногда преувеличивать факты и приукрашивать события.
- Да нет же, Кейт, я тебе верю. Успокойся, - пробормотал я, растерянно глядя в окно, рядом с котором мы сидели.
Неужели я действительно ему нравлюсь? Хотя бы немножко? Это мой счастливый шанс или еще одна возможность получить одиночный билет в известном направлении, обозначаемом тремя короткими, но весомыми словами?
С удивлением чувствуя, что начинаю краснеть, я поспешил сменить локацию.
- Китти, - так я обращался к сестре только тогда, когда мне было от нее что-нибудь нужно (так, в основном по мелочам, например, подойти к артисту после концерта и взять для меня автограф - что-то в этом роде), - я пойду немного пройдусь. Закончишь здесь без меня, окей? - я уже вставал из-за стола.
- Ладно, нет проблем, - пожала она плечами. - Разберусь с основным блюдом и закажу себе что-нибудь охрененно-вкусное на десерт. Только, Пит, оставь мне деньги, а то моя наличка вчера закончилась. Не думаю, что они здесь принимают карточки.
Я улыбнулся и отдал ей весь бумажник.
* 3 *
На улице во всю светило солнце, и высокие старые деревья, росшие рядом с кафе, отбрасывали на серую и выгоревшую, словно зола, землю большие темные тени. И сильные порывы северного ветра заставляли их танцевать подобно языческим духам из старинных, наполненных запахом костра, легенд.
Поглядев по сторонам, я пересек дорогу и подошел к машине, решив перед тем, как идти разминаться, захватить с собой джинсовку. Она лежала в сумке на кровати и поэтому, стараясь не разбудить Рона, который дремал прямо за рулем, откинув голову назад, я как мышь пробрался за занавеску. Но осуществить задуманное оказалось сложнее, чем я предполагал. Мне пришлось перевернуть все содержимое сумки, а кое что из вещей вытрясти прямо на пол и кровать, прежде чем "пропажа" нашлась. Довольный и немного измотанный поисками, я не стал складывать все обратно: я итак потратил слишком много времени. Кейт не станет сидеть в кафе вечно, а мне во что бы то ни стало требовалось пройтись, чтобы немного освежить голову. Кроме того, проснувшись, Рон вряд ли станет меня ждать, поэтому наведу здесь порядок позже, когда вернусь.
Повернувшись, я вздрогнул от неожиданности: прямо напротив меня, загораживая выход, стоял Рон.
- Привет, - сказал я больше для того, чтобы убедиться в реальности происходящего. И вспомнил, что мы с ним сегодня еще ни разу не разговаривали.
На его лице не дрогнул ни единый мускул: оно по-прежнему оставалось непроницаемым.
- Что ты здесь устроил? - вместо приветствия поинтересовался он, обводя взглядом место "катастрофы", и я в который раз с сожалением убедился в том, что на его лице не осталось ни следа от моего вчерашнего "рукоприкладства". В итоге я по всем статьям получался единственным пострадавшим, как в моральном, так и в физичеком смысле. И это совсем не воодушевляло на новые подвиги.
- Я кое что искал. Потом уберу, - я сделал пару шагов вперед, таким образом намекая, что хотел бы выйти.
Рон не сдвинулся с места.
Я начинал нервничать.
Хорошо, если до него так не доходит...
- Мы договорились с Кейт, что пока она расправляется с десертом, я немного прогуляюсь. Совсем чуть-чуть. Меня не будет минут десять-пятнадцать.
Господи, и почему я тут сейчас стою и перед ним оправдываюсь?
Рон шевельнулся, и я едва не вскрикнул от испуга. Приблизившись, он провел кончиками пальцев по моей скуле, внимательно рассматривая подбородок и губы.
- Больно?
- Н-нет, - завороженный его потемневшим взглядом, я как-то не догадался избавиться от поглаживающей щеку руки.
- Щекотно? - пальцы сменили губы.
- Немного, - и когда это мой голос успел охрипнуть?
По движению его губ я догадался, что Рон улыбается. Ну конечно, он же уже обо всем знает. Например о том, что я далеко не равнодушен к его ласкам. И о том, что мне не все равно, рядом он или нет.
