– Именно он. Феликс подошел к вам и склонился над вами, тем самым он заслонил вас собой, он, стоя на коленях, не давал бандитам подобраться к вам. И, по-видимому, тем самым явно возмутил ваших обидчиков. Рассвирепев, они стали избивать юношу, но вы оставались невредимы, так как все удары приходились на тело Феликса. Он мог бы вступить с ними в схватку, однако избрал иной мирный путь непротивления, он безропотно сносил все поношения. Не двигаясь с места, он защищал вас, покуда один из бандитов не достал холодное оружие. Какое именно орудие мы сейчас уточняем. – детектив протяжно вздохнул. – И нанес оным предметом несколько ударов в шею и грудь вашего защитника. Затем…
– Он умер. – в который раз перебила законника Фелиция.
– Соболезную вашей утрате. Вы к несчастью правы, юноша умер, но не сразу. Еще некоторое время доктора боролись за его жизнь. Временами казалось он сам желал уйти. – детектив осекся. – Откуда вам это известно? Память возвращается к вам?
– Душа его бессмертна, потому она свободна от смерти. Ведь смерти не существует, а существует лишь исход. – сама поражаясь своим словам произнесла девушка.
Сославшись на шоковое состояние потерпевшей, детектив пропустил мимо ушей ее философский выпад, лишь лениво поведя глазами в сторону, продолжил:
– Есть еще одно занимательное обстоятельство. – тут он восторженно воскликнул. – По велению судьбы поблизости места происшествия пробегал молодой человек. Поняв, что творится правонарушение, будучи атлетически сложенным, он в миг разогнал нападавших на вас негодяев и вдобавок задержал того парня с ножом. – и тут с немалым восхищением детектив возгласил. – Настоящий герой, именно он вас спас. Хотите, я позову его, и вы поблагодарите его?
– Нет. У меня есть свой герой. – ровно ответила Фелиция.
– Неужели трусливый поступок пацифиста Феликса вы считаете достойным. – укоризненно хмыкнув запротестовал детектив.
Девушка непреклонно кивнула головой и сказала:
– Тот сильный молодой человек совершил насилие, потому что так научен и иначе не мыслил поступить. В то время как Феликс защитил меня собой, потому что он любил меня, и не ответил злом на зло, потому что он был добр и миролюбив.
Детектив в ответ ничего не изрек, дивясь стойкому самообладанию девушки и удивляясь ее странному мнению.
Он натянул на свою плешивую макушку головы шляпу с загнутыми полями, а затем попрощался с девушкой, желая ей скорого выздоровления. И, отворивши дверь палаты, хотел было уходить, как вдруг спросил у неё:
– Хотите, я погашу свет, ведь вам сейчас крайне необходим сон и покой?
Фелиция лежа на узкой больничной кроватке, взглянула на лампочку и мудро ответила:
– Если свет погаснет, то к кому тогда полетит любящий мотылек. Благодарю вас, и прошу вас, не гасите свет.
Пусть устали ваши веки, жизнь ваша клонится ко сну, помните, что слезы ваши на Небесах станутся живой росой, разлученные вновь станут вместе, а потерявшие утраченное обретут.
Любовь безвременна, и мы однажды полюбив, не утратим сей дар благостно блаженный, ведь любовь живет в душе, а душа бессмертна.
И пока ты на земле живешь, я напишу тебе истории, сотканные из снов, любимая, тебе стихиры начертаю, встречу оными словами я тебя. Любовь моя.
Вот минуло мгновенье.
И вековое древо, приняв в объятья двух мечтателей влюбленных, ветвями утешенья заслонило их навек.
август – сентябрь 2011г.
Тревожь мне сердце лунным светом
В царстве пасмурных ночей.
Сражен беглец неистовым и тихим бредом,
Словно безумств хранитель казначей.
Мне мир приказывал заветом –
“Сердцем не живи, будь разума мудрей”.
…Но пренебрег я тем советом.
Любовью одержимой позвольте мне любить.
Всего лишь раз, жизнь единую всего лишь.
И помышленье вздумало юлить.
Плоть – ты как всегда с душою споришь.
Два бытия в ярости спешат убить
Друг друга, но дух, согласье ты им вторишь.
Разочарованье – кончина всех слепцов.
Святость глубины души Любимой теплит созерцанье.
Той невинною любовью я выше ныне всех творцов.
Ибо взор прельщенный негой – красоты созданье,
В безмолвье красноречивее чтецов.
Небесный хор тешит мое безликое сознанье.
О Дева, я время жертвовал тебе.
Не счесть всех помыслов безвинных, сердцебиением восторга
Я жил твоей судьбой, я был будто не в себе.
Парил над Небесами, ибо Земля меня исторгла.
О только Дева (уподобься мерцающей звезде)
Любовью проникала в сердце мне, пеньем в горло.
Задыхаюсь томно, но люблю отныне
Страдальчески сильней, будто мученик идей.
Не ощущаю времени лета, в прозрачной дымке
Является ваниль Небес, там скрижали держит Моисей,
Напоминая мне о послушанье вышней силе.
Но шепчу, словно раскаявшийся злодей –
“О, горний мир, забери меня скорей”.
Затменье разума – любовь – сердца доброго сиянье.
Плод любви не разделен, так вкушайте жадно, праздно
Вгрызайтесь в мякоть – привычное мечты страданье.
Вам не понять, ибо вы насыщаетесь желанно.
