– Теряя, мы осознаем значимость и ценность людей, ближних и дальних, настолько привыкаем к их неукоснительному присутствию, что потеряв, знаменуем непреложную важность тех упущенных мгновений и встреч несостоявшихся. Придаваясь лености, мы не отвечаем на телефонные звонки или на сообщения, но вот, увы, больше никто не позвонит, нет пропущенных звонков. Мы пялимся в монитор, ожидая прочесть весточку, но никто не отвечает. Неужели только потеряв, мы поймем наконец цену тех мелочей. – проговорил Феликс. – Неужели только теперь ты поняла, насколько я важен для тебя. Хочешь спасти меня? О, слишком поздно. Когда я впервые увидел тебя, я уже тогда обрел спасение. Почему ты плачешь? Ведь я ухожу на покой, и более не буду тревожить тебя.
– Не говори так, ты всегда был нужен мне, а я всегда была такой бессердечной. – всхлипывая произнесла Фелиция.
– Только оставшись во всем городе одной, ты смогла прочувствовать моё одиночество. И прощаясь со мной, ты впервые прикоснулась ко мне всем своим телом.
Фелиция протянула руку и вцепилась в ладонь юноши, дабы отвести его подальше от того погибельного свечения, однако ее пальцы словно через песок просочились сквозь дух Феликса. Он продолжил двигаться к назначенной судьбой последней цели.
Мягким паром в воздухе пригрезилась очередная картина, теперь уже пара влюбленных состарилась, они сильно поседели и сморщились, сгорбились, однако по-прежнему взглядами наполняли друг друга неугасимой нежностью. Они сидели на скамейке, отбросив надоедливые трости, вспоминая навеки ушедшее прошлое, ту романтическую юность.
Фелиция даже остановилась и с болью в сердце посмотрела на счастливых стариков, которые преодолев все жизненные препятствия, будут вопреки всем невзгодам едины, всегда будут вместе. Жаль слишком поздно.
Девушка продолжила волочиться следом за ускользающим видением, убеждая себя повернуть назад, но вскоре ее душевный запал истратился, и она, удрученная утомительным бессилием, пала на песок берега, где уже виднелось море, а одинокий город стался возвышаться позади, моргая сотнями окон. Солнце разгоралось ярче, вот-вот скоро прикоснется лучами к больному юноше и он превратится в пепел, вот-вот свет настигнет его и он уйдет, покинет ее навсегда. Потому она почувствовала неизменную потерю, ибо может быть, он единственный кто когда-либо будет ее так любить. Неужели столь величественно любящий человек не снискал ответных чувств, почему сердечно любя, он душевно страдает? Девушку мучили вопросы без ответов.
Тьма ночи расступалась, чуть мерцая, гасли звезды. Повернувшись к упавшей любимой девушке, Феликс начал говорить:
– Я тебе даровал знания о своей любви, это непосильное бремя, но ты сильная, ты справишься, понесешь груз ответственности достойно, со всей кротостью истиной девы. А я ухожу, слабым и беспомощным, но со знанием того, что совершил для тебя нечто важное, неповторимое, создал то, что никто ради тебя не сотворит, я посвящаю тебе свою жизнь. – он умоляюще воззрился на нее и предложил. – Пойдем, осталось всего немного. Не стоит останавливаться, когда райская благодать столь близка. – вставая с сухого песка, девушка повиновалась его зову, вскоре безропотно последовала вслед за ним. Теперь они молчали, исторгнув из себя все дозволенные мысли, воплощенные в недозволенные слова.
У кромки берега, где волны ласкают песок, как горшечник ремесленник обтачивает глину, правит рукой неровности, дабы придать заготовке необходимую форму и фактуру, уединенно, безгранично безмятежно. Воды нынче спокойны, голубоватой полоской безмятежно колыхаются, изредка выпуская на волю непослушные прядки серебристых волн. Светило почти приблизилось к телу юноши, словно белое округлое пятно на сером небе, оно казалось вездесущим, восторженно восставшим.
– Неужели ты скоро умрешь, но зачем, спрячься от солнечного света, тогда ты не сгоришь. – застонала умоляющая девушка.
– Вокруг меня живет целый мир, мимо меня проносятся создания, которые зовутся людьми, они красивы и умны. Тогда кто я, будучи ужасным и безумным? Кто я такой, спрашиваю у вселенной каждый раз. Но не слышу ответа. Одно я знаю со всей точностью, все эти годы, любя тебя, я побеждал многие свои страсти, ты, одарив меня вниманием, искореняла всякий глад зависти во мне и надменную гордость. Видя твою невинность и скромность, я более не испытывал прелюбодейную похоть. Пускай мы встречались лишь раз в году, те чудесные воспоминания наполняли меня счастьем и всякая печаль тогда расточалась. Да, я плачу, но то иные слезы. Ты утешила меня сама того не ведая. Ты любишь меня в глубине своего девичьего сердца.
– Феликс, ты неисправимый романтик. Я обычная девушка, а ты состроил из меня принцессу, вообразил, будто я красива, умна, невинна. Прекрати жить иллюзиями, и открой своим очам истинную меня.
