– Все в порядке, мне уже дали карточку! – раздался громкий голос той светловолосой девушки, рядом с которой обнаружился и довольнехонький Стив, тут же мне подмигнувший. – Простите! – услышав это, Уайт, конечно, заметно смягчился, а я, отзеркалив эту легкую улыбку, как будто все действительно в порядке, вскоре отвел взгляд, тут же поникнув и стерев с лица напускное спокойствие и безмятежность, впуская на него истинные эмоции.
– Все следуем за мной. Улицы переходим аккуратно, главными на дорогах здесь считаются водители, так что будьте предельно внимательными! …
Стив теперь шел в компании своей новой очаровательной знакомой, а я угрюмо брел один, понурив голову и решая, как быть и что мне делать теперь дальше. Куда она могла подеваться?! Я же точно помню, что два раза никому не отдавал..
Настроение пропало вконец, и я в крайне расстроенных чувствах просто шел и уже без интереса смотрел по сторонам. На душе было паршиво. Я попал..
========== Глава пятая ==========
Вообще, насколько я знаю, китайцы – это просто удивительный народ. Они совершенно не парятся, и многие правила приличия, которые для нас кажутся обязательными, для них – сущий пустяк. Они могут есть и нескромно при этом чавкать, показывая тем самым повару то, насколько сильно им приглянулось блюдо; громко кричать на всю улицу, чтобы уж точно быть услышанным; показывать пальцем на иностранцев и беспардонно комментировать их внешний вид, улыбаться им от уха до уха и все такое прочее.
Так происходило и сейчас, пока мы все вместе шли в столовую. Это все, конечно, здорово и замечательно, да вот только размах моих мыслей внезапно сократился всего лишь до одной единственной: «Где эта проклятая карточка?!».
Весь путь от общаги до столовой занял минут десять, и то из-за того, что мы шли всей толпой и с преподом, а если идти одному, думаю, можно управиться в два раза быстрее. На дорогах же действительно творилось что-то невообразимое: водители сигналили, пугая друг друга и в первую очередь нас, летали по трассе не хуже Шумахера и, откровенно говоря, срать хотели, что пешеходы еще пытаются пересечь дорогу. Я был в бесконечном шоке и активно пользовался своим запрограммированным стадным инстинктом, чтобы невзначай не оказаться под чьими-нибудь колесами.
Зайдя внутрь двухэтажной столовой, мы сразу поднялись за Уайтом на второй этаж, почему-то миновав первый, хотя там тоже виднелись витрины с многочисленными блюдами у дальней стены, и от одного только этого божественного запаха у меня тут же закружилась голова. Боже, как я голоден! На первом, перед лестницей, я заметил небольшой киоск, где продавали разные напитки, сладости, воду и прочее. Пригодится еще.
Китайские студенты продолжали на нас пораженно коситься и даже фотографировать на свои телефоны, кто-то даже кричал нам свои умильные «хэллоу», «хай», и я невольно улыбался, слыша их интересный акцент. Однако напряженные мысли о таинственном исчезновении карточки так и не собирались покидать мою бедную голову.
Я в неуверенности застыл у входа в большой зал, растерянно глядя по сторонам и нервно кусая губу, в то время как другие студенты уже пошли к тем самым витринам. Я даже не знаю, принимают ли здесь наличку, иначе как я теперь буду платить за еду, если питаться нам надо только в столовой?
Пока я ждал Стива, до сих пор неторопливо бредущего в прогулочном темпе вместе со своей новой подружкой, в какой-то момент мимо меня прошел высоченный Фостер, задержав на мне свой словно испытующий, прищуренный взгляд на несколько секунд, и, привычно ухмыльнувшись и оглядев меня с головы до ног, исчез за прозрачной дверью столовой. Везет козлу. Им, блин, всегда везет.
– Ну, Би Эр, я теперь типа твой должник, – ко мне наконец подошел радостный Стив и, приобняв меня за плечо, повел внутрь зала.
Я вот лично уже был готов на кого-нибудь крепко психануть из-за разыгравшегося не на шутку голода, если честно..
– Я плачу, – подмигнул он. – Что будем пробовать?
Мне лишь оставалось пожать плечами, и мы пошли мимо привлекательных рядов с огромным количеством вкусно и невкусно пахнущей еды.
Глаза буквально разбегались, я действительно не знал, что брать, и откровенно тупил, но, увидев ярко-красную вывеску с желтыми иероглифами, среди которых я нашел знакомый «острый», тут же целенаправленно потащил друга туда.
– Ты еще пожалеешь об этом, чертов псих! – громко усмехнулся Браун, но я лишь отмахнулся.
Мне пофиг, я люблю остроту! Что в ощущениях, что в еде.
Смуглокожий продавец радостно засиял кривозубой улыбкой, встречая дорогих покупателей, которые явно бросались всем присутствующим в глаза, и самозабвенно принялся трещать о том, что же там у него имеется в ассортименте. Но все его пылкие разглагольствования были совершенно бессмысленными, поскольку я нихрена так и не понимал. Помню, как сказать «рис», и то хорошо.
