Уже в следующий миг я ощутил его жаркое, обжигающее дыхание на своих губах, а в паху в это время уже все сладко и до того болезненно скрутило от этой необычной и очень пикантной ситуации, что я волнительно поджимал все подконтрольные мышцы. Черт тебя подери, Фостер, с тобой я, похоже, хрен когда буду скучать..
Шумно выдохнув, я все же решился на этот безумный шаг и раскрыл губы, в то же время расслабленно закрывая глаза, потому что опять стал неимоверно смущаться и возбуждаться. Спустя мгновение я почувствовал, как горячительные капли этого коктейля осторожно полились в мой рот прямо из его рта, все равно чуть проливаясь мимо и стекая по лицу мне за шиворот, а потом случилось именно то, о чем я сейчас подсознательно мечтал и желал этого так страстно: Фостер неожиданно овладел моими раскрытыми губами, и я едва проглотил то, чем меня так странно напоили, как оказался вовлечен в сладкий, но в то же время отдающий горечью алкоголя поцелуй.
Сопротивляться я не стал даже из вредности, с позорным стоном начиная отвечать ему с первых же секунд, позволяя этим настойчивым губам ласкать и приятно покусывать мои губы, в то время как короткая щетина неприятно и колко их царапала. В горле у меня до сих пор болезненно жгло после того странного глотка, который тупо стал для Фостера предлогом для поцелуя, и я, похоже, неслабо удивил его своей неожиданной покорностью и отдачей. Ведь стоило ему только начать его, как он заметно напрягся и сжал пальцами мои запястья, теснее прижимая к кровати и готовясь к бурному сопротивлению. Да вот только крепость на этот раз, похоже, отдается без боя..
Я же так и знал, что бухло он принес не случайно, и все равно позволил себя напоить. Но сейчас в таком состоянии мне и правда легче расслабиться и закрыть глаза на свои неустанно-упрямые принципы, от которых я измотал себе уже все нервы.
Я шумно выдохнул в ласкающие меня губы, захватывая их своими губами в ответ, а в мыслях белыми искрами кружили разные воспоминания, которые разом будоражили все мои чувства. Внезапное признание Фостера, шепот под луной, его крепкие объятия, в которых я невольно начинал чувствовать себя каким-то слабым и безвольным, все его пылкие взгляды, поступки, касания – все это бесповоротно сводило меня с ума. Я закатывал глаза от этого непревзойденного удовольствия, а голова упоительно и так прекрасно кружилась от того, как потрясающе пахнет этот парень, прижавший меня своим телом к кровати.
Между моих губ вдруг скользнул влажный язык и вскоре уже оказался внутри, сталкиваясь с моим языком, которым я беспрекословно подался ему навстречу. Проведя рукой по моей щеке, Фостер сцепил пальцами мой подбородок, и я опять чувствовал себя ведомым, хоть и отвечал, что заставляло меня безумно трепетать от непонятного кайфа; вторая рука медленно, но настойчиво спускалась вниз по моей руке, и вскоре я просто обхватил парня за шею, притягивая еще ближе к себе, что мы соприкасались грудью, продолжая жарко целоваться, даже сталкиваясь зубами. Как же хорошо.. Но Фостер уже дико отдавил мне все ноги, и я, поспешно пошевелившись, все же слегка развел их в стороны, от чего он улегся между ними, но лежать поперек кровати все равно было неудобно.
Похоже, он до сих пор не мог поверить своему счастью и с таким небывалым напором налетал на меня, что я не успевал делать даже короткие вдохи, чувствуя довольную улыбку на его невероятных губах. В глазах уже восхитительно мелькали яркие пятна, поэтому я распахнул их, тут же сталкиваясь с лукавым взглядом Фостера, который вскоре снова сомкнул веки и тихо простонал мне в рот. А что в это время творили его руки..
Я вскоре дернулся и как-то умудрился нас перевернуть, и теперь оказался на нем, оседлав его бедра, а задницей, к своему ужасу, почувствовал.. эрегированный член. Где-то под Фостером зашуршали лунные пряники, которые он кое-как вытащил из-под себя, а я до боли в глазах зажмурился и, стараясь ни о чем страшном не думать, все равно подался вперед и продолжил посасывать раскрытые, горячие губы Тома, крепко обнимающего меня за талию. Я с непонятным удовольствием проводил ладонями по его горячей коже, что позволяла делать его расстегнутая рубаха, гладил по плоской груди, еще раз напоминающей, с кем я сейчас все-таки нахожусь. С необъяснимой жадностью я касался четко очерченного пресса, который беспрестанно вызывал во мне приступы зависти и восторга, а потом почувствовал на своей спине его руки, пробравшиеся под тонкую ткань футболки.
– Ах.. мм.. – непреднамеренно вырвалось у меня, и Фостер опрокинул меня на подушку, укладывая теперь в нормальном положении, а не поперек кровати.
Он снова потянул мою разорванную футболку вверх за края, оголяя живот и успевая его до ужаса приятно поглаживать, от чего на коже оставались мучительно-волшебные мурашки.
