Нет, Том же не такой.. Он, наоборот, решает все мои проблемы. Сам же создает их сначала, конечно, но ведь решает.
– И только я услышал твой хамский голос на собрании, как меня прошибло от ненависти, – вскоре добавил я низко и будто злобно и, как бы опровергая свои слова теперь, ласково погладил ладонью его мускулистую спину, чувствуя, как меня обнимают в ответ. – Ну, ничего я не мог с собой поделать.
– Но я же.. – негромко начал было Фостер, но я его перебил.
– Знаю, именно ты мне ничего не делал, и подтолкнул я тебя тогда совершенно случайно, да и.. – на одном дыхании негромко говорил я и, остановившись, устало вздохнул и снова зевнул, а он легко поцеловал меня в макушку. – Просто слишком уж больно по моей гордости ударили те грабли.
Снова повисло молчание. От воспоминаний стало опять неприятно, и как я ни пытался как-то их глушить все это время, как месяц назад для них появилось новое ежедневное напоминание в лице Фостера. Да ничего уже не сделать, сто лет прошло, да и прошлые разбирательства все равно завершились не в мою пользу. Не честно..
– Скажи мне имя, я бы мог.. – снова заговорил Фостер, как я опять перебил его, из-за чего он даже рассердился, шикнув на меня и больно ущипнув за поясницу.
– Нет! Я просто рассказал, чтобы у тебя был исчерпывающий ответ. Все, тема закрыта! – сказал я несколько грубо и вскоре смягчился, легко целуя его куда-то в район солнечного сплетения, пытаясь отвлечь от этого разговора, который сам же и начал.
Жаль только, что облегчения я от него мало получил, но все равно было приятно, что он опять захотел заступиться. Улыбнувшись, я поднял голову и потянулся к его задумчиво сжатым губам, быстро коснувшись их и захватив своими.
С Фостером мне все-таки хорошо, хоть он наглый и упрямый, как осел, с ним я реально чувствую себя нужным, но вдруг все тупо закончится, когда я позволю ему больше? Вся необходимость во мне разом пропадет. Говорит он сейчас одно, а потом просто почувствует, что я больше нахрен ему не нужен и не интересен, и все. Но это будет в разы неприятнее, чем подстава с машиной, потому что здесь опять на кону моя честь, но уже в прямом смысле. Я и так уже переступил через себя, когда пошел ему навстречу.. и это было очень трудно сделать.
Отстранился я быстро, потому что с не чищенными зубами я целоваться не очень люблю, и уже вскоре снова прижался щекой к его теплой груди, чувствуя гулкие удары его сердца.
– И тогда еще, на лестнице, – снова начал я негромко, вспоминая однажды случившееся между нами происшествие. – Ты, сука, так напугал меня! Я из-за Сары, блин, чуть не убил сво.. – опомнившись будто, я резко замешкался, чуть не ляпнув слово «своего», так даже и не решив, каким словом хотел бы назвать сейчас Тома.
Смутившись в три слоя, я насилу замаскировал свой внезапный ляп зевком, а Том, похоже, к счастью, ничего и не заметил. Мне в щеки ударил обжигающий румянец, и я поспешно прикусил со всей силы язык.
Фостер усмехнулся, а потом, чуть запрокинув голову, хохотнул и потрепал меня по волосам. Смешно ему, а я тогда столько всего передумал, я же и первую помощь не умею даже оказывать.. Да и ушибся он из-за меня.
Я вскоре снова расслабился и почти не заметил, как отключился, так и витая среди своих воспоминаний и заглядывая в потайные уголки своей памяти, а Фостер разбудил меня только в восемь утра.
– Баобэ-эй, – тихо звал он, а я лишь промычал в ответ, не желая открывать глаза, шевелиться и вообще слышать что-либо. Мне снился дом.
– Отстань, – только и буркнул я, упрямо отворачиваясь, когда меня стали будить снова, но потом заулыбался от того, как ласково этот идиот меня называет, и это даже почему-то звучит как будто не пошло, а у меня в груди разве что розы не расцветают. Я больной..
Шумно выдохнув, я сонно взглянул на Тома и, слегка толкнув ладонью в грудь, повалил на спину. Потом я вообще уселся на него сверху, тут же опуская ладони ему на плечи, но сначала изучающе и с каким-то странным удовольствием провел ими по его груди, тронув горошины сосков. В итоге, наклонившись, я уткнулся носом ему в шею, после чего снова закрыл глаза и, едва коснувшись его кожи губами, стал заново засыпать.
– Э, так не пойдет, – завозмущался Фостер, снова растолкав меня, и я приподнялся, недовольно и хмуро глядя на него сверху вниз, а Фостер вдруг заржал. – Непривычно так тебя видеть без твоего модняцкого нахохлившегося причесона, – его заливистый хохот против воли натягивал на мои губы дурацкую улыбку, и я тоже засмеялся, но уже в следующую секунду спрыгнул на пол, показав парню средний палец, и вскоре исчез в ванной.
Дверь закрывать я не стал, но Фостер все равно за мной не последовал, так что умылся я быстро. Вода помогла мне прогнать настырный сон, я быстро побрился, даже не порезавшись, что удивительно, и вскоре вышел в комнату, где Фостер уже застелил кровать и оделся.
– Ты говорил, что мы потеряем лишние часы прогулки, если утром полетим, а сами проспали, – с укоризненным прищуром проговорил я, надевая джинсы, и вдруг вспомнил про Стива.
Надо спросить, никто ли не запалил вчера мое отсутствие!
