– Мы так.. никуда не пойдем, – вскоре прошептал Том, целуя мои горящие румянцем щеки, и я крепче прижался к нему, вдыхая запах горьковатого парфюма, которым он уже давно свел меня с ума, и прикрыл глаза, уткнувшись носом ему в плечо.
– А куда мы сначала? – спросил я негромко, крепко сжав его плечи, и чуть не заурчал, когда его пальцы пробрались в уложенные пряди моих волос и принялись нежно перебирать их, заодно массируя кожу. Ахх.. Какой же это кайф..
– Сейчас поедим, потом поедем тигров смотреть, – как ни в чем не бывало, проговорил он и легко поцеловал меня в висок, а мои глаза будто сами прикрылись от этого нежного жеста.
Но потом, когда успешно завершился процесс переваривания его слов, я тут же встрепенулся и заинтересованно на него уставился.
– Тигров? – переспросил я неверяще.
Он же не хочет вести меня, как малолетку, в какой-то зоопарк? И в самолете он ни слова мне не сказал про это!
– Все потом, – загадочно воскликнул Фостер и, проверив содержимое карманов, взял свою толстовку, подал мне куртку и, как обычно, открыл передо мной еще и дверь.
– Фо-остер, – тут же вымученно и с неизменной укоризной протянул я, но в ответ парень лишь задорно подмигнул, явно собираясь так ухаживать за мной и дальше.
Во время завтрака, за который, кстати, полностью заплатил я, чем был бесконечно доволен, мы все же обсудили план действий на весь сегодняшний день. Том вообще, оказалось, изначально хотел ехать в другой город, но потребовалось бы больше времени на дорогу, и посмотреть мы бы так ничего и не успели. Время ведь у нас было ограничено, что, если честно, не удивительно, потому что в половине шестого мы должны уже сидеть в самолете, который доставит нас обратно в Хайлар. Похоже, я могу даже успеть на ужин.. надо там засветиться на всякий случай.
Как он, собственно, и обещал, сначала мы поехали за город, где нам предстояло, так сказать, тигриное сафари.
– Кстати, как у тебя с нервами? – неожиданно спросил меня Фостер, когда мы уже прибыли на место и осматривались по сторонам.
Я недоуменно посмотрел на него. То есть? Что именно он имеет в виду? Если себя, то он уже довел меня почти что до крайней точки, а если про тигров то.. Надо уточнить.
– Не боюсь ли я тигров? – сквозь негромкий смешок переспросил я, и Фостер, чуть скривив губы в непонятном изгибе, заторможенно кивнул. – Но они же..
– Просто.. они будут на свободе, а мы – в клетке, так сказать, – все же ответил он, пожав плечами, а я в тот же миг перестал улыбаться.
– Че, правда? – широко распахнув глаза, удивленно воскликнул я и от неистового волнения даже чуть подпрыгнул.
– Ага, надо выбрать, на чем поедем. Пешком там ходить, естественно, нельзя, – задорно ответил Том, взяв меня за руку, и мы пошли выбирать подходящий транспорт.
Выбирать можно было между джипом и автобусом, и я, недолго думая, все же выбрал второе, так как там народу было побольше, и если кого сожрут, то хоть не меня. Все равно было дико страшно, хоть полосатые коты совершенно не обращали внимания на нашу машину.. до поры, до времени.
За отдельную плату можно было покормить зверей, которые на протяжении пути встречались очень часто, и кормить их предлагали.. живыми утками и курами. Фостер так спокойно переносил все эти безумственные акты жестокости, в то время как я верещал, как резаный, вместе со всеми китайцами, находящимися в автобусе, когда наблюдал за охотой полосатых хищников прямо под нашими окнами. Их окровавленные клыкастые морды неумолимо приводили меня в демонический ужас. По телеку я еще как-то легче такое переносил, но живьем.. Они еще рычат так страшно, что кажется, что никакие решетки на автобусе не спасут, и эти зверюги нас в любой момент перевернут и уничтожат.
– Билл, ты чего? – сделав виноватое лицо, как ни в чем не бывало, спрашивал у меня Фостер, но я лишь гневно отпихнул от себя этого бесчувственного сухаря, первое время даже не позволяя ему ко мне прикасаться.
– Ты жестокий и бессердечный, Фостер! – тыча пальцем в Тома, жарко и порывисто восклицал я, потому что меня буквально окатило мощнейшими, не знающими всяких границ и рамок эмоциями. – Тебя туда надо выставить за эти ебаные пятьдесят юаней! – взревел я на него незамедлительно. – Пусть тебя, сука, сжирают! Вот зачем ты ее купил и обрек на смерть?! У нее и так крылья подрезаны.. – болезненно и нервно сокрушался я, когда он купил живую утку и безжалостно выбросил ее в окно на съедение.
– Правда хочешь, чтоб я вышел? – серьезно спросил у меня Фостер и с силой поджал губы, взирая на меня своим не сводимым прищуром.
– Нет! – тут же воскликнул я, опровергая всю свою гневную тираду на месте, и бросился крепко обнимать немного нахмурившегося после моих слов Фостера, потому что нервы у меня действительно уже начинали чертовски пошаливать. – Кормили бы мертвыми птицами хотя бы.. тут же дети.. – уже тише проговорил я, тревожно закрывая глаза, но не был даже уверен, услышит ли Том, потому что вокруг было очень шумно из-за криков других пассажиров, ведь шума тигры наделали немало.
