– Это ложь! – крикнула Кортни и обличительно направила указательный палец на Дэйра. – Он собирался убить тебя, получив ответы на свои вопросы. Этот мне сказал. – Она кивнула на Ромеро. – А еще он сказал мне, что они хотели сделать после того, как убили бы тебя, они… они…
– Язык по-прежнему заплетается, леди? – сказал Чандос. Как он мог шутить в такую минуту, поразилась она.
– Да, они сделали бы это! – выпалила она.
– Не сомневаюсь, любовь моя, – ответил Чандос. – А теперь, пока тебя все еще распирает от негодования, может, соберешь их оружие?
Кортни была так удивлена тем, как он ее назвал, что минуту не могла пошевелиться. Но, наклонившись, чтобы поднять первый пистолет, она вдруг поняла, что он хочет уверить их будто она его женщина.
Стараясь не становиться ни перед кем из бандитов, чтобы не мешать Чандосу наблюдать за ними, она подобрала оружие Хэнчета и Дэйра. Пистолет Рыжего Джонни был все еще в кобуре. Ромеро сам отдал свой, а потом она с торжествующим видом вытащила у него из-за пояса свой пистолет.
– Не будь мстительной,
– Разумеется, – ответила она. – Как не забуду и то, почему ты мне помог. Может, рассказать обо всем Чандосу, и пусть он решает, помог ты мне или нет?
Она отошла от него, не давая возможности ответить. Он не нравился ей больше остальных, потому что вел свою игру на ее страхе: сначала ужасно испугал, потом дал надежду, а потом эту надежду отнял. Они все были жестокие, но этот особенно. Кортни прошла по краю поляны к Чандосу, бросила пистолеты позади него. Свой пистолет она оставила у себя.
– Я знаю, тебе сейчас не до моей благодарности, – сказала она тихо, прижимаясь к его спине и быстро обнимая его. – Но я должна сказать, я рада, что ты вернулся.
– Ты вся мокрая, – вполголоса произнес он.
– Я купалась, когда они появились.
– В одежде?
– В нижнем белье, естественно.
– Естественно, – усмехнулся он.
А потом он удивил Кортни… и остальных. Спокойным голосом Чандос сказал:
– Убирайтесь… пока можете.
Он отпускал их!
Луна была неполной, но светила она достаточно ярко, чтобы озарить серебристым светом широкий приток реки Арканзас. Достаточно ярко, чтобы Кортни смогла отчетливо рассмотреть людей, пересекающих водный поток.
Она стояла на берегу рядом с Чандосом и наблюдала за тем, как лошади боролись с течением. Стремительный поток выбил Хэнчета из седла, и Кортни уже решила, что с тот с простреленной рукой уже вряд ли доберется до берега, но, как ни странно, он выплыл, и лошадь его тоже. Выбравшись на берег, Хэнчет и остальные двое взяли путь на север, в сторону Канзаса. Кортни и Чандос проводили их взглядом, пока они не скрылись из виду.
Потом, будто ничего необычного не произошло и Дэйр Траск не был привязан к дереву у костра, Чандос принялся сдирать шкурки с двух белок, которых он, судя по всему, поймал голыми руками, потому что на зверьках не было никаких ран, и мужчина во время охоты не сделал ни одного выстрела. Повесив их над костром жариться, он открыл очередную банку бобов и заварил кофе. Кортни сидела молча и с отвращением поглядывала на Дэйра Траска.
Чандос заявил, что Траск не едет с остальными. Он назвал Траска полным именем, чем показал, что знает его или знает о нем. Потом заставил Ромеро связать Траску руки и ноги его же, Траска, рубашкой и брюками. Он послал Кортни за веревкой, привязанной к его седлу, и Кортни чуть не заблудилась, пытаясь найти Верного.
Когда она принесла веревку и привела лошадь, Чандос велел Ромеро обвязать веревкой запястья Траска, предупредив, что если веревка будет затянута не достаточно туго, Траск может упасть и поломать себе ноги. Что он задумал, стало понятно, когда Чандос отволок Траска к ближайшему дереву, причем тащил он его одной рукой, потому что в другой держал пистолет. Он приподнял Траска на несколько футов над землей и привязал к стволу.
– Ты его убьешь? – спросил Ромеро.
– Нет, – ответил Чандос. – Но он немного помучается за то, что сделал.
– Он ничего тебе не сделал.
– Верно. Но собирался, сделать, с этой леди. Только я могу к ней прикасаться, это понятно?
Ромеро посмотрел на Кортни, пытаясь понять, солгала ли она, когда рассказывала о своих отношениях с Чандосом, потом опять повернулся к Чандосу.
– Сдается мне, ты искал встречи с моим
Чандос не ответил. Он подвел лошадей, снял с седел винтовки и передал животных их хозяевам. Чуть позже он выбросил их винтовки и пистолеты в реку.
Бандиты ушли, а Дэйр Траск все еще болтался на дереве. Только теперь во рту у него торчал кляп из носового платка, потому что он начал орать вслед своим дружкам, чтобы они вернулись. Чандосу эти вопли быстро надоели. Глядя на распятое на дереве тело, Кортни понимала, что Траск должен испытывать адскую боль. Его раны продолжали кровоточить, даже та, которую наспех перевязали.
