Давай во что-нибудь поиграем, Дюк, говорю я Дюку. Да, говорит Дюк, но во что? Он сидит напротив меня за столиком в кафе и пьет много кофе. Я вижу свое отражение в его темных очках. Я тоже пью кофе и тоже в очках, как я вижу. Не знаю, говорю я. Дюк помешивает свой кофе, хотя сахар в кофе он не кладет. Прохладно, но на удивление солнечно. И все равно никто, кроме нас, на улице не сидит. Я тоже не знаю, говорит Дюк, может быть, в Тима и Струппи? Я Тим, а ты Струппи. Очень забавно, Дюк, говорю я Дюку и пью кофе. Кофе уже остыл. Листья лениво падают с деревьев. Почему бы и нет, говорит Дюк. «Храм Солнца», например, хорош. Мы могли бы пробираться сквозь джунгли с носильщиками-аборигенами и с мачете, потому что нижние ветки очень густые плюс все эти лианы и все такое. Нам было бы очень жарко и трудно, а потом пришлось бы перелезать через вершины Анд, тогда нам было бы холодно и трудно. Но когда-нибудь мы пришли бы к этим таинственным руинам храма и должны были бы разгадывать таинственные тайны и загадочные загадки, чтобы найти секретный вход. Это было бы волнительно. И, конечно же, опасно. Иначе это не было бы волнительно. Нам бы пришлось перенести опасные опасности. Например, инки, которых бы мы обнаружили, захотели бы принести нас в жертву, но в последний момент я бы что-нибудь придумал и мы бы спаслись. А потом мы обнаружили бы спрятанные сокровища. Ты можешь быть и капитаном Хэддоком, я не против. Я не хочу быть капитаном Хэддоком, говорю я. И меня нисколько не тянет играть в Тима и Струппи. Дерьмовая идея. Сто тысяч рычащих адских псов, говорит Дюк. К тому же у Тима отвратительная прическа, говорю я. Точно, говорит Дюк. А я ненавижу собак. Но ничего лучшего мне в голову не приходит. Мне тоже, говорю я. Давай пересядем в зал, мне холодно. Дерьмовая идея, говорит Дюк, но все равно берет свой кофе, и мы садимся в зал. На улице за окном листья продолжают заниматься паданием с деревьев. Мы смотрим, как они это делают. Мы заказываем еще кофе. Через какое-то время я говорю, пойдем гулять, Дюк. Дюк говорит, ходить гулять — это старомодно, а я говорю, нет, ходить гулять — это вне времени. Дюк думает и потом говорит, только если мы будем собирать каштаны. Я говорю о'кей. Мы расплачиваемся и идем. Мы идем гулять. По листьям, которые упали с деревьев. Листья шуршат, как сухие ветки. Мы скачем по кучам веток, если таковые находим. Если мы находим каштаны, мы их собираем в карманы наших курток и брюк, и когда они полностью заполнены, Дюк приносит из киоска с шавермой белый шуршащий полиэтиленовый пакет, и мы собираем каштаны в полиэтиленовый пакет, пока ручки не обрываются и каштаны не падают на землю, раскатываясь в разные стороны. Всем оставаться на местах, говорит Дюк каштанам, но они не остаются на местах, а Дюк не тратит сил на то, чтобы подогнать их в нашу сторону. Прохладно, но солнечно. Мы идем вдоль реки. Ветер дует в лицо, он пахнет морем. Солено. Немного. По реке плывут баржи. Солнечно, и ветрено, и прохладно.
