Мои опасения не оправдались. Загрузка прошла, как обычно. Разок моргнул и я очнулся в Артее, глядя в потолок, слабо освещённый сиянием кристалла. Комната была до боли знакомой — та самая, где я впервые оказался в этой игре. Только на мне теперь было не тряпьё, а вся экипировка с последней битвы.
Рука была на месте, хоть и покрыта лохмотьями разодранной ткани. Щит исчез — видимо, безвозвратно. А в правой руке остался меч: зазубренный и подплавившийся, словно его держали в кузнечном горне. Видимо, последняя атака оставила след и на нём. Таким клинком уже вряд ли что-то разрубишь, но я всё равно запихнул его в ножны и вышел. Большая часть доспеха была в норме, только мелкие царапины и сгустки запёкшейся крови.
Снаружи утреннее солнце ласково светило на улицы города. Я, в рваной и окровавленной одежде, наверняка выглядел жутко, но сейчас мне было плевать. Я шёл к гостинице, где стояли сопровождающие других героев. Среди них я заметил знакомое лицо — Олрада.
Когда он увидел меня, его лицо перекосилось. Взгляд метался, будто он не мог поверить в то, что видит. Удивление? Ужас? Непонимание? Всё разом.
— Г-господин Алистар… вы живы⁈ — голос его сорвался на писк. Он не верил своим глазам. И, кажется, не радовался вовсе.
— Не благодаря тебе! — сорвался я. Голос с каждой фразой становился громче. — Куда ты делся, паскуда⁈
— Я… э… я обернулся, а вы уже исчезли… я звал, искал… но вас нигде не было, — его слова звучали, как плохо выученная ложь. Он мялся, запинался. И всё больше злился. Не на себя. На меня.
— Заткнись. — Я подошёл ближе и схватил его за горло. — Ты меня не потерял. Ты меня бросил. Нарочно.
Он рванул, попытался отбиться, но моя хватка была как тиски. И я чувствовал — надавить бы чуть сильнее, и…
— Признавайся, — прошипел я. — Ты знал, что эта тварь там. Ты вёл меня на убой.
— Сгинь, погань! — заорал он, сипло и зло. — Отродье! Любитель полукровок! Гниль проклятая! Ты ж не человек, ты что-то иное! Это она постаралась, да⁈ Эта проклятая девка! Я знал, что от тебя беда будет! Знал, как только ты спутался с этой тварью!
— С кем? — я рыкнул. — С Ларой?
— С этой шалавой, с этой ниварнской проблядью! Она нечисть, полукровка, предательская кровь в её жилах течёт! Такие, как она, позор для всего Эвандара! — его лицо покраснело, в глазах плясали искры безумия. — Ты ж с ней был! Вы ж вдвоём! Я всё слышал! Всё видел! Как ты к ней льнул, как заглядывался, как пялился, как щенок! Стыд и мерзость! Из-за таких, как ты, гниёт наш мир! Таких, как ты, надо топить в сточных канавах, как больных щенят! Да я сам тебя туда скинул! Сам! Своими руками! И будь у меня шанс — сделал бы это снова! Ты ж умер, ты не можешь жить! Ты не человек! Ты такое же отродье, как и эта сука!
Я сжал горло сильнее — он осел на колени, хрипя и дёргаясь, но уже не сопротивлялся. Я смотрел ему в глаза, в которых не было ни раскаяния, ни страха — только тупая, злоба и ненависть.
— Я жду объяснений, мразь.
— Ты… ты вместе с ней всё погубишь… — прохрипел он. — Она тебя использует, и ты вместе с ней сожжёшь нас всех… отродье… вы погубите нас… она уже погубила… и это… только начало…
Я ударил его. Прямо в челюсть. Олрад рухнул без сознания, как мешок с тухлой картошкой. И только тогда я обратил внимание на остальных.
Волк. Элиза. Оба стояли неподалёку, не вмешиваясь. Скорее всего пытались для себя понять, что произошло.
— Алистар, не держи в себе, поделись с нами, — спокойно сказала Элиза. Волк кивнул, ничего не говоря.
Я повернулся к остальным сопровождающим.
— Вы с ним заодно? — мой голос был холоден, как лёд.
— Нет, господин герой, — ответил гном, сопровождавший Элизу. — Олрад действовал самовольно. Не все из нас верят в старые сказки и проклятия. И уж точно не одобряем такие методы. Удивительно, что человек с такими взглядами оказался на службе у госпожи Калиндры.
— Что с ним теперь делать?
— Думаю, вам стоит всё обсудить с госпожой Элизой и господином Волком, — сказал гном, кивнув рыжей девушке с веснушками, вроде, наставница Волка. — Мы о нём позаботимся.
Мы с Волком и Элизой сидели в моей комнате, а я, всё ещё в той самой изорванной и окровавленной экипировке, пересказывал им всё, что произошло: задание, бой с гнилошипами, чудовищный червь, смерть и её последствия. А встречу с Олрадом они видели и сами.
— Если меня так в реале накроет, — задумчиво проговорил Волк, — то я, пожалуй, из капсулы уже не встану. В моём возрасте такие стрессы могут быть фатальными.
— Просто нужно быть осторожнее, — отозвалась Элиза, поправляя выбившуюся прядь волос. В её голосе звучала суровая уверенность, как будто всё это действительно просто и всё зависит только от тебя одного.
— Осторожность не спасает, когда твой собственный напарник бросает тебя на растерзание чудовищу, — усмехнулся я. — Если бы не система воскрешения, вы бы сейчас не разговаривали со мной.
— Это тревожит больше всего, — нахмурилась Элиза. — Олрад ведь NPC. И он убил тебя не случайно, не по ошибке, а сознательно. Я говорила, что не похожи они на заскриптованных болванчиков. Этот мир живёт по своим правилам.