Взяв Марьяну за талию, Игорь повел ее на танцпол, где вовсю кружились парочки. Я же предпринял маневр отступления — к столу с закусками, где было спокойней всего.
— … Артурчик, ты был таким красивым! Теперь все дворянки твои! — услышал я голос, а затем разглядел Зайцева в объятиях какой-то дамы с пышным бюстом. В него она вжимала лицо моего товарища.
— Мама, прекрати, люди же смотрят!
— Ох, я так боялась, что ты не вернешься из того подземелья! — причитала она, только сильнее прижимая к себе сына. — И как ты мог так поступить с матерью⁈ Ты же ничего не сказал, паршивец! Ты же мог погибнуть!
— Потому что ты бы не пустила меня, мам! Как еще я мог вернуть нашему роду статус, если не пройду Испытание!
— Все равно надо было сказать, а не убегать из дому среди ночи! — и она поймала мой взгляд. — Ах, это же твой друг⁈ Который…
Но я продолжил свой маневр. Не люблю светские разговоры, да и в животе еще со вчерашнего утра не было ни росинки.
Наконец добравшись до стола, не стал сдерживаться. Набрал всего понемногу и накрыл большим куском хлеба.
— Красота! — улыбнулся я своему творению. Бутерброд вышел в три этажа.
Положив сверху кусочек петрушки, раскрыл рот и…
— Иван Обухов? Этот⁈
Зарычав, я обернулся. За мной стоял крупный мужчина с проседью в бороде. На цепких голубых глазах сверкали очки, но вот взгляд за ними был чисто медвежий.
— Да, — протянул я, — а кто спрашивает?
Мужчина прищурился и осмотрел меня с ног до головы. Затем фыркнул:
— А в доспехах ты казался выше… Что ж…
Он задумчиво забарабанил пальцами по бокалу с шампанским, который держал в руке. Рядом с ним встал Игорь. Марьяны рядом отчего-то не было.
— Иван, позволь представить моего отца, — сказал Игорь, немного смущаясь. — Граф Родион Григорьевич Илларионов. Он приехал только что, чтобы познакомиться с то…
Но граф уже протянул мне руку.
— Следовало бы сказать тебе «спасибо» за то, что спас моего сына, Иван, — сказал он, впрочем, смотря на меня как удав на кролика. — Ты еще, говорят, спас нынче Королеву, это правда?
— Ну, было дело, — сказал я, приняв его руку. Тот сжал ее так, словно намереваясь ее сломать. До тренировок с Нагаем, я бы, наверное, поморщился, но сейчас ответил — и тоже сжал посильнее.
Граф ухмыльнулся.
— … И чего эти придворные не напридумывают, — хохотнул он, дернув меня за руку. — Сказать «спасибо» такому тщедушному задохлику, как ты?
Он хохотнул. Рука сжалась еще сильнее.
— А ну-ка, Игорь, — и повернулся к сыну. — Вызови-ка его на дуэль!
Игорь немедленно закатил глаза, а окружающие при слове «дуэль» замолкли на полуслове. Даже музыка отчего-то стала тише. Танцующие парочки остановились.
— Папа, ты опять?.. — простонал Игорь. — Ну не здесь же! Не сейчас! И не с ним, он же…
Мне же показалось, что это какая-то шутка, но, судя по взгляду графа, он был серьезен как никогда.
— Герой? Спаситель⁈ Ха! Вызови его на дуэль, Игорь! — и граф ткнул в меня пальцем. — Если он и в самом деле тот самый, кто вытащил из пещер красный шар и твою задницу заодно, то еще один поединок для него не будет проблемой!
С этими словами Илларионов хитро улыбнулся.
— Думаете, я как-то схитрил? — спросил я.
— На этом Испытании хитрит большинство высокородных шакалов, — сказал граф, понизив голос. — Я же сказал сыну: пройдешь Испытание как самый распоследний простолюдин и докажешь всем, что Илларионовы еще в силе. Только так заслужишь титул и мое уважение!
— Ваш сын дрался как лев.
— Значит, пусть докажет это. А ты, если хочешь дружить с моим сыном, тоже сразишься! А про спасение Королевы даже не заикайся: не исключено, что тебе просто повезло попасться на пути у стрелы. Да и что-то ты не выглядишь раненым?..
— Хотите посмотреть на мои шрамы?
— Я посмотрю на них после поединка.
И схватив нас с Игорем за плечи, он столкнул нас грудь в грудь.
— Деритесь! Ну же!
Тут к нам подошел камердинер.
— Родион Григорьевич, дуэли в королевском дворце…
— … проводятся только с разрешения Ее Величества, — сказал Илларионов, не моргнув и глазом. — И оно у меня имеется.
Он кивнул в сторону, где кучковалась высшая аристократия. Там же граф пересекся взглядом с Дарьей. А она со мной — и в этом взгляде сверкнула какая-то хитринка.
О, нет… Это что, политика? Началось…
Игорь при этом довольным не выглядел. Тяжело вздохнув, он подошел ко мне и шепнул:
— Наступи мне на ногу!
Я закатил глаза.
— Ты серьезно?..
— Абсолютно! Королева смотрит!
А Дарья действительно смотрела. Хитрика только разгоралась. Интересно, что она задумала? Мало ей покушения что ли?
Ладно, будь по вашему… Я аккуратно — самым носком ботинка — наступил Игорю на туфлю.
Толпа ахнула. Голос Игоря грозно прозвучал в тишине:
— Прошу прощения, Иван Петрович, но вы задели мою честь!
Сорвав перчатку с руки, он легонько шлепнул меня по щеке.
— Дуэль!
От авторов:
