Это мучительное пламя полностью

Он наклонился – очень осторожно, рискуя нарушить крепкий сон, но в последний раз касаясь прохладными губами её теплого лба. Ему казалось, что на ресницы осели частички тяжелого металла, потому что держать веки открытыми было до невыносимого мучительно. Он поддался непреодолимому желанию, ощущая, как по венам, с каждым новым ударом пульса, режет заточенный нож.

– Прости, – прошептал Дарен, невольно и легко запуская пальцы в копну её светлых волос. Сердце готово было разорваться от тоски на части; на глаза вновь навернулись слезы и, чтобы не позволить боли вырваться наружу, он сильнее стиснул зубы.

Хотелось выть. Дико. Неистово. Орать, что есть мочи. Потому что он понимал, что переживает последние секунды рядом с любимой женщиной и своим ещё не родившимся ребенком. Ему хотелось остаться. Одному Господу известно, как сильно хотелось. Но их безопасность была важнее его эгоистических желаний. Их жизни были важнее.

Взгляд невольно упал на небольшую бархатную коробочку, невинно стоявшую на журнальном столике. Он не стал открывать её, не стал смотреть на Её руку – просто не хотел. Просто, какое бы решение она не приняла, он обязан был смириться. Потому что она должна быть счастлива. Даже если и не с ним.

Чувствуя, как каждую кость в теле ломит от невыносимой боли, Дарен вновь сжал пальцы в кулаки и поднялся. Этой ночью он ушел в последний раз – так ни разу и не обернувшись.

Ей казалось, что Он приходил. Ощущение, что этой ночью любимый мужчина был рядом, отчего-то не оставляло её ни на минуту. Может быть, она просто сходит с ума? Может быть, теряет рассудок? Как ещё объяснить это внезапно возникшее внутри чувство? Она словно в самом деле ощущала его присутствие, и ещё его шепот… простое «прости»…

– Уверена, что хочешь уехать?

Не отрывая глаз от простирающейся за окном полоски океана, Эбби кивнула.

– Мне больше не хочется сидеть на твоей шее.

– Я не чужой для тебя человек, – тут же возразил Грег, – тем более, как мне кажется, теперь.

Она немного помолчала, а затем озвучила мысль, которую так много раз прокручивала в своей голове.

– Ты очень помог нам год назад. И, если бы не твоя поддержка, я не знаю, что бы с нами было. Но… мне нужно попробовать встать на ноги самой. Стать самодостаточной, понимаешь? А до тех пор, пока мы живем у тебя, этого не будет.

Грег ответил не сразу. Он молча сжимал руль ещё несколько секунд, и лишь потом спросил:

– И где вы будете жить?

– Перекантуемся несколько дней у Мэнди. Когда найдем квартиру, переедем.

– Это бессмысленно, – Эбби понимала, что он злится, но ничего не могла поделать, – ты съезжаешь с одной квартиры для того, чтобы начать снимать другую. Зачем? Ты платишь здесь, будешь платить и там. Так в чем разница?

– В том, что там с меня возьмут полную цену, – просто ответила она, а затем, наконец, повернулась к Грегу, – я думала, ты поймешь.

– Я понимаю, – он стиснул зубы, а затем чуть повысил тон, – черт, Эбби, я пытаюсь понять. Но ты выбрала не лучшее время для того, чтобы так круто и резко менять свою жизнь.

– Моя жизнь всегда менялась лишь в те моменты, в которые это решали за меня, – качнув головой, прошептала она, – теперь я хочу делать это сама.

– Ты беременна, – напомнил он, – беременна, понимаешь? Тебе нужна стабильность, крыша над головой, уверенность в завтрашнем дне. Нужен человек, который посреди ночи сорвется в магазин, потому что тебе резко захочется съесть манго. – Эбби молчала, поэтому он продолжал. – Почему ты просто не переедешь ко мне? Почему не забудешь про это совершенно ненужное стремление к самостоятельности?

– Потому что не могу, – тихо ответила она, а когда Грегу позвонили, снова отвернулась к окну, понимая, что это правда лишь наполовину. Что ещё совсем недавно предложи другой мужчина то же самое, она согласилась бы совершенно не раздумывая. Потому что с тем – другим мужчиной – ей хотелось быть рядом каждое мгновение своей жизни.

– Мне нужно в клинику, – остановившись у бордюра, Грег выключил зажигание, – как надолго, пока не знаю. – Он помог ей выйти из машины, а затем вытащил из багажника две сумки и занес их в квартиру. – Привет, – Грег кивнул приветливо улыбнувшейся Мэнди, а затем наклонился, чтобы поцеловать Эбби в лоб, – если освобожусь рано, позвоню. Но долго не жди. Ложись спать. Хорошо?

– Хорошо, – она кивнула, покорно прикрывая глаза, а когда дверь за Грегом закрылась, неуверенно подняла голову. – Адель дома?

– Тайлер повез её на день рождения.

– Да, верно, – она мимолетно улыбнулась, – сегодня Кристалл исполняется восемь. Я и забыла.

– Вы куда-то собрались сегодня вечером?

– Если у него не будет срочных вызовов, то, возможно, поедем покупать кроватку, – быстро ответила Эбби, отводя в сторону свой растерянный взгляд. Мэнди его уловила.

– Ты приняла его предложение?

Она подняла глаза на сестру.

– Пока нет.

– Пока? – Уточнила она, вынуждая Эбби вымученно прикрыть глаза.

– Прошу, не дави на меня.

– Я не давлю. – Спокойно ответила Мэнди, хотя Эбби видела, что внутри готова была взорваться. – Просто пытаюсь понять, что ты делаешь со своей жизнью.