Сделав медленный и тихий шаг назад, я развернулась и пошла на выход. Как только я коснулась двери…
- ПОДОЖДИ!
Он сорвался с места, задыхаясь и ища рукой опору. Оттолкнувшись от стены, он сделал ко мне пару шагов, и его взгляд начал качественно и методично сжигать меня изнутри напалмом. Это было больно… Он не мог говорить, но я чувствовала все и так.
Он умоляюще покачал головой.
- Анечка… - Я рефлекторно сделала шаг назад, пытаясь ослабить его давление, и он отчаянно заметался, проезжаясь руками по волосам. – Анечка… - он закрыл глаза, и его плечи обмякли.
- Мы завтра с тобой пообедаем, хорошо? – попыталась я восстановить его и взялась за ручку двери.
- Ну, пожалуйста! – выдохнул он все-таки, снося меня.
- НУ ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ!? – заорала на него я, размазывая по лицу хлынувшие ручьем слезы.
Испугавшись, он рванул ко мне, отрицательно качая головой, и попытался перехватить руками мое лицо, но я отбила его руки и рванула на выход. Не хватало только снести его еще сильнее моей истерикой. Влетев в гримерку, я, игнорируя парней, скинула с себя платье и через пару секунд влетела в тонированную душевую кабину. Включая посильнее душ и съезжая на пол.
Я беззвучно ревела под струями воды, смывая косметику. Когда я была уже в порядке и вышла, в гримерке не было ребят, а на моем кресле сидела Ленка, с ужасом разглядывая мое заплаканное лицо. Я вспомнила, что когда вылетела от Ильи, чуть не сбила ее в коридоре.
- Какого хера этот мудак сделал с тобой!?! – подскочила она. – ТЫ… плачешь..?
- Я не плачу! – ведь я уже не плакала… - И не смей его никогда так называть!
- Ооо… - закусив губу, притормозила она. – Он что трахнул другую? – подняла она бровь.
Я, истерично рассмеявшись, стекла вниз по стене.
- Ты бы так не расстраивалась, детка! – начала успокаивать меня Ленка. - Мужики они вообще все кобели!
Я неопределенно махнула ей рукой, умоляя без слов остановить реанимирующий монолог. Дверь отлетела в сторону, и к нам вошел Илья. Спокойный, собранный…
- Выйди, Лена, – безапелляционно и не глядя на нее, приказал он.
Ленка на автомате подорвалась, подчиняясь тону, и рванула к двери, но, притормозив возле него, опомнилась и, замедляясь, развернулась к нему лицом.
- А ты охренительная сволочь, Арверин! – уперла она руки в бока. – Симоненко ПЛАКАЛА!!! – выделила она факт интонацией, описывая что-то из области фантастики. – Ты, наверное, сильно постарался!
- Уйди.
Ленка вышла, хлопнув дверью, и он пустился передо мной на колени. Не касаясь, он разглядывал мое лицо, болезненно хмурясь. И, сглотнув, открыл рот, чтобы что-то сказать…
Я знала что…
- Ты обещал не извиняться за свои чувства! – перебила я его.
- Мне очень хочется…
- Мне тоже извиниться за свои?!
Он отрицательно закачал головой. Взяв в свои руки мою, Илья прижался к пальцам губами.
- Поехали, пожалуйста , домой, моя девочка…
***
Пожалуйста, не умирай,
Или мне придётся тоже.
Ты, конечно, сразу в рай,
А я, не думаю, что тоже!
Хочешь сладких апельсинов,
Хочешь вслух рассказов длинных,
Хочешь я взорву все звёзды,
Что мешают спать…
Хочешь солнце вместо лампы,
Хочешь за окошком Альпы,
Хочешь - я отдам все песни,
Про тебя отдам все песни…
12 апреля
В подъезде была кромешная тьма, и мы практически наощупь добрались до двери. Звякнув в темноте ключами, Илья открыл замок и, прикоснувшись к моей спине рукой, направил меня в открытую дверь. Щелкнув в темноте рубильником, недовольно вздохнул.
– Ну, варианта два! – рассудила я вслух. – Либо опять нет света, либо я сплю…
– Ущипнуть? – раздался его тихий смешок рядом с моим ушком.
– Ущипни… – резко развернувшись, я и обняла его за шею. – Теперь я точно знаю, что ты на это способен! – намекнула я ему на наше короткое танго.
Немного помедлив, он обнял меня, прикасаясь губами к основанию моей шеи, и замер.
Почувствовав приближение катастрофы, я решила отвлечь его чем-нибудь и нашептала на ушко пожелания о том, чтобы он разул меня. Скользнув вниз к моим ногам, он прижался губами к моей коленке и медленно потянул вниз замочек высокого сапожка. Снял, помассировал освобожденные пальчики, оставил пару поцелуев на внутренней стороне моего бедра и проделал всё то же самое со второй ножкой.
Мне нравилось, когда он разувал меня…
Пара свечей на столе разбавили темноту и, усадив его в разложенное кресло, я села к нему между ног. Закрыв глаза, он закинул голову на спинку кресла и расслабился.
– Устал? – шепнула я, массируя руками его бедра, которые слегка сжимали меня с боков.
– Очень…
Развернувшись в его руках, я устроилась головой на его груди.
– И я… – этот день вымотал меня тоже. – Сейчас просто поспим, - обняв руками его за талию, я, массируя, продавливала его спину на пояснице, - а завтра я тобой поиграю…
– Конечно, Анечка… – было ощущение, что он уже засыпал, и я, зная, что в моей компании ему это дается сложнее, тихо выскользнула из его рук, сбегая в спальню.
Еле-еле передвигаясь, я скинула с себя все вещи и скользнула в ледяную кровать, закутываясь мягким и легким одеялом…
