Это сделал Дворецки полностью

Майкл. А ты мог подсыпать яда в чашку.

Клодия. Мы все могли.

Мамфорд. Где вы стояли, когда готовился кофе для миссис Симпсон?

Клодия. Около бара.

Мамфорд. А после того, как его приготовили?

Клодия. Там же, за исключением Тони.

Мамфорд. А где был он?

Клодия(указывает на середину сцены). Тут.

Мамфорд. Мистер Лефкорт, и что вы там делали?

Тони(чувствуя, что ступил на тонкий лед). Э… э… показывал… э… как режиссер…

Мамфорд. Показывали, как режиссер. Что именно?

Тони. Ну… это технический момент…

Мамфорд. Я спросил, что вы делали.

Клодия. Ты не обязан отвечать на этот вопрос, Тони.

Майкл. Я скажу вам, что он делал!

Тони(глубоко вдыхает). Хорошо! Я показывал, как можно подсыпать в чашку яд, если это происходит в триллере.

Мамфорд. В какую именно чашку?

Тони. Из которой пила Натали. Но, уверяю вас, это была пантомима.

Мамфорд. Пантомима?

Тони. Да. Я показывал, будто насыпаю в чашку яд. (Мамфорд с сомнением на него смотрит). Настоящего яда не было.

Мамфорд. А чашка?

Тони Чашка была настоящей.

Мамфорд. Вы использовали настоящую чашку. И ненастоящий яд.

Тони. Ненастоящего тоже не было.

Мамфорд. А какой же был?

Тони(кричит). Никакого не было! Вообще не было яда! (Сдерживает себя). Я будто бы насыпал яд в чашку. Видите ли, мы репетируем «убийство в запертой комнате» и…

Мамфорд. Я знаю, что вы репетируете, мистер Лефкорт. (Очень сурово). А теперь скажите, какие отношения сложились у вас с мисс Симпсон?

Тони. Вы предполагаете, что у меня был мотив для убийства?

Мамфорд. Я всего лишь собираю факты.

Тони. Отношения не имеют ничего общего с фактами. Отношения — это чувства, эмоциональные нюансы…

Мамфорд(прерывает его). Мистер Лефкорт, я бы хотел, чтобы вы проехали со мной в полицейский участок.

Тони. Я арестован?

Мамфорд. Я бы предпочел, чтобы вы поехали добровольно.

Тони. Сам я точно не поеду.

Мамфорд. Тогда вы арестованы.

Тони. Это абсурд.

Мамфорд. По мне — нет. (Достает листок бумаги). В соответствии с законом, я должен зачитать вам ваши права. «Вы имеете право молчать…»

Тони. Вы не можете арестовать меня. Репетиции в самом разгаре! (Внезапно гаснет свет).

Майкл. Эй…

Клодия. Что случилось? Тони!

Роберт. Без паники.

Мамфорд. Никому не двигаться. Эй, Лефкорт. Я сказал, никому не двигаться! (Так же внезапно свет появляется, идет из-под поднятого сидения дивана у окна. А в следующей момент из дивана, с громким криком, встает Натали. Все в шоке. Тони убегает за кулисы, вероятно, к осветительному пульту, и тут же вспыхивают огни. Тони возвращается).

Тони(обращаясь к Натали). Что ты, черт побери, творишь?

Натали. Выполняю твои указания. Вернуться из мертвых и прервать расследование.

Тони. Но не как зомби.

Натали. Я знаю. Но, когда я вернулась, и увидела, как вы играете сцену расследования, типичную для убийства в запертой комнате, то подумала, что небольшой шок необходим… как в триллере. Поэтому я выключила свет на сцене, залезла с той стороны в диван. А потом… (вскидывает руки) «Вот она я!» Получилось неплохо, не правда ли?

Мамфорд. Минуточку. Давайте разберемся. Вы говорите, что вы — Натали Симпсон?

Майкл. Но что здесь, черт побери, происходит?

Клодия. Очевидно, Натали не умерла.

Майкл. А чье же тело в морге?

Тони. Нет в морге никакого тела.

Роберт. Тогда почему здесь детектив?

Тони. Нет здесь никакого детектива.

Майкл(указывая на Мамфорда). А это кто?

Мамфорд(отклеивает усы). Я — Сэм Фарбер… актер. (Он снимает шляпу, кланяется, бросает шляпу на диван у окна).

Тони. Сэм — пятый актер нашей пьесы. Он появляется в последней сцене.

Майкл. И кого он играет?

Тони. Естественно, детектива.

Майкл. Я не знал, что в пьесе есть детектив.

Тони. Это же классическое убийство в запертой комнате. Там обязан быть детектив.

Роберт. Правильно ли я понял? Ты нанял актера, чтобы он сыграл детектива, который тот самый актер, что играет детектива в пьесе?

Тони. Совершенно верно. Искусство имитирует искусство.

Майкл. Как?

Клодия. Разве вы не понимаете? Все, что здесь случилось, срежиссировано Тони.

Майкл(до него доходит). Ох… но почему ты заставлял нас поверить, что убийца — ты?