— Он хотел, чтобы я ему помог, а я сказал, пусть идет и займется самоэротизмом. Он страшно разозлился, мы подрались. Я расквасил ему нос и сбежал оттуда. Но он меня искать не стал. Сильный малый.
— Знаю.
— Я помогу тебе его достать.
— Отлично.
— Но мне не нравится тип, который с тобой.
«Старина Ник бушует, совсем как раньше… Великолепно!»
— То есть?
— Это он все сварганил. Это он вернул меня сюда, как и всех остальных. Хитрый, сукин сын! На твоем месте, Френк, я бы его убрал и поживее.
— Теперь мы союзники. Он и я.
Ник сплюнул.
— Я-то вас не забуду, мистер, — обратился он к Грин Грину.
— Когда мы покончим с тем парнем, я займусь вами. Лично. Помните, как вы меня допрашивали? Думаете было смешно? Теперь наступила моя очередь!
— Ладно, ладно… Хорошо.
— Нехорошо! Совсем нехорошо! Вы обозвали меня коротышкой или каким-то оскорбительным пейанским словом. Ты тупое растение! Теперь я тебя зажарю! Я, конечно, рад, что снова живу, я обязан этим вам. Но я тебя еще отлуплю! Погоди немного. Я с тобой покончу с помощью любого предмета, который будет у меня под рукой.
— Сомневаюсь, — спокойно промолвил Грин Грин.
— Давайте подождем, а там посмотрим, — предложил я.
Итак, к нам присоединился Ник. Он зашагал рядом со мной.
— Он сейчас внизу? — спросил я.
— Да. У тебя есть бомба?
— Есть.
— Тогда лучше кинуть бомбу. Убедимся, что он внутри и запузырим ее в окно.
— Он один?
— Ну… нет. Но ведь это не будет убийством. Как только ты получишь Ленты, ты восстановишь девушку.
— Кто она?
— Ее зовут Кати. Я ее не знаю.
— Это моя жена, — прошептал я.
— Ладно. Тогда этот вариант отпадает. Придется входить.
— Да, — простонал я. — Если придется, то я займусь Шендоном, а ты хватай Кати и прикрывай ее.
— Он ее не тронет.
— Почему?
— Понимаешь, Френк, мы здесь уже несколько месяцев, с тех пор, как проснулись. Мы не понимали, где мы и почему. И этот зеленый сказал, что знает об этом не больше нашего. А все, что знали мы, — это что умерли. И о тебе вспомнили, только когда он и Майк начали спорить. Грин забыл про защиту, и Майк залез ему в мозги. Словом, Майк и девушка… да, Кати… у них что-то такое, вроде как любовь.
— Грин, почему ты мне ничего не сообщил?
— Я полагал, что это неважно. Разве нет?
Я не ответил. Я быстро думал. Я прислонился спиной к скале и нажал на педаль газа в уме до предела. Я пришел, чтобы найти и убить врага. Теперь он стоит рядом, пока я ищу другого вместо него. И теперь я узнаю, что он спит с моей воспроизведенной женой, которую я прибыл спасать… Это меняло дело. Каким образом, я точно не знал. Если Кати любит его, я не мог ворваться туда и застрелить его у нее на глазах. Даже если он просто пытался использовать ее, если ему было наплевать на нее, я этого сделать не мог, пока он что-то для нее значит. Похоже, что оставалось испробовать предыдущее предложение Грин Грина — попытаться купить его. У него теперь новый дар силы и красивая женщина. Добавить к этому мешок денег — и, вероятно, его удастся склонить к отступлению.
Я мог бы просто повернуться и уйти: взобраться на борт «Модели-T» и менее чем через день уже лечь на курс к Вольной. Если ей нужен Шендон, то оставим его ей. Я мог свести счеты с Грин Грином и возвратиться домой: «Мой дом — моя крепость».
— Нет, это важно.
— Это вносит изменения в твои планы?
— Да.
— Из-за женщины?
— Вот именно.
— Ты странный человек, Френк. Пройти такой путь, добраться сюда и поломать весь план из-за женщины, которая всего лишь древнее воспоминание, не более.
— У меня отличная память.
Идея оставить врага моего имени, да еще в теле ловкого человека, мне совсем не нравилась. Ловкого и умного, который не прочь увидеть меня мертвым. Такое сочетание не даст мне покоя даже ночью, даже на вольной. С другой стороны, какая польза от мертвой гусыни, если она несет золотые яйца. Забавно все же, как, прожив достаточно долго, наблюдать врагов, друзей, любимых, ненавидимых в хороводе вокруг себя самого, как в гигантском маскараде, где то и дело они меняются масками.
— Что будешь делать? — спросил Ник.
— Побеседую с ним. Попробую договориться, если получится.
— Будь добр, повтори, что ты сказал. Ведь ты заявил, что он не продаст своей пайбадры, — заметил Грин Грин.
— Я так и думал, когда говорил. Но теперь, из-за Кати, мне необходимо попытаться купить его.
— Этого я не понимаю.
— И не старайся. Наверное, вам обоим лучше подождать здесь, на случай, если он начнет стрелять.
— Что нам делать, если он тебе всадит пулю в живот? — поинтересовался Грин Грин.
— Тогда это твоя забота. До свидания, Ник!
— Пока, Френк.
Я начал спускаться к шале, прикрывшись своим телепатическим экраном. Приблизившись, я стал пробираться ползком среди камней. Наконец я оказался в полутораста футах от шале. Меня прикрывали два громадных валуна, отбрасывавших могучие тени. Я положил ствол пистолета на предплечье и взял на прицел черный ход.
— Майк! — позвал я. — Это Френк Сандау! — и стал дожидаться его ответа.
Прошло полминуты, когда он решил откликнуться:
— Чего тебе?
— Хочу поговорить с тобой.
— Говори.
Свет в домике подо мной неожиданно погас.
