— …Если только вы оба не имеете тайного оружия, — продолжал он. — А это возможно.
— Где сейчас Шендон?
— В шале.
— Как до него добраться?
— В тебе присутствует определенный динамический фактор. Какая-то способность, которую я не могу оценить полностью.
— Понимаю.
— Не используй ее.
— Почему?
— У него она тоже есть.
— Это я тоже знаю.
— Если ты сможешь его убить, то без ее помощи.
— Понял.
— Ты мне не доверяешь?
— Я никому не доверяю.
— Помнишь тот вечер, когда ты принял меня на работу?
— Смутно.
— Это был лучший ужин в моей жизни. Свиные отбивные. Причем сколько угодно.
— Теперь припоминаю.
— Ты мне тогда рассказывал о Шимбо. Если пробудишь его, то Шендон пробудит другого. Слишком много перемен — и фатальный конец.
— Может, Шендон с тобой договорился?
— Нет. Я просто оцениваю вероятности.
— Может ли Яри Всемогущий сотворить камень, который не сможет поднять? — вмешался в разговор Грин Грин.
— Нет, — коротко ответил Коткор.
— Почему нет?
— Он не станет его сотворять.
— Это не ответ.
— Ответ. Подумай. Ты бы стал?
— Я ему не верю, — проронил Грин Грин. — Когда я его воспроизвел, он был вполне нормальным. Вероятно, его подкупил Шендон.
— Нет, — возразил Коткор. — Я пытаюсь вам помочь.
— Тем, что предрекаешь Сандау гибель?
— Но он погибнет.
Грин Грин поднял руку, и неожиданно в ней очутился мой пистолет. Видимо, он телепортировал его из кобуры у меня на поясе таким же путем, каким получил Ленты. Он дважды выстрелил и вернул пистолет назад.
— Зачем ты это сделал?
— Он лгал, пытался тебя запугать и разрушить твою уверенность.
— Когда-то он был моим близким помощником. Он научился мыслить как компьютер. Думаю, он старался быть объективным.
— Получишь Ленту и тогда сможешь попробовать воспроизвести его снова.
— Пойдем. У меня осталось два часа и пятьдесят минут.
И мы отправились в путь.
— Я не должен был этого делать? — спросил он меня немного погодя.
— Нет.
— Мне жаль.
— Великолепно. Только больше никого не убивай без моей просьбы.
— Ладно… Ты сам много раз убивал, Френк, да?
— Да.
— Почему?
— Я или они — так стоял вопрос. Я решал — лучше они.
— Разве?
— А вот ты мог бы не убивать Боджиса.
— Я думал…
— Помолчи!
Мы двинулись дальше. Миновали расщелину в скале. Щупальца тумана трогали нашу одежду. Еще одна фигура-тень показалась в стороне, там, где мы вышли на тропу, ведущую вниз по склону.
— …Идете на смерть, — прошелестела тень, и я остановился, глядя на нее.
— Леди Карл и!
— Проходи, проходи, — промолвила она. — Спеши к своей гибели. Ты и знать не знаешь, что это значит для меня.
— Когда-то я тебя любил, — выскочило у меня совсем не к месту.
Она покачала головой.
— Кроме себя самого, ты любил только деньги. И ты получил их. Ты убил больше людей, чем я знаю, чтобы сохранить свою империю. И вот, наконец, появился человек, который может прикончить тебя. Я радуюсь, что присутствую при твоем конце.
Я включил фонарик и направил на нее. Волосы ее были такие огненно-рыжие, а лицо такое белое… Овал ее лица напоминал формой сердце; и у нее были зеленые глаза. На секунд меня снова страшно потянуло к ней.
— Что, если погибнет он? — предположил я.
— Тогда, вероятно, я вновь ненадолго стану твоей. Но надеюсь, что нет. Ты черный человек, и я желаю твоей смерти. Я сама найду способ разделаться с тобой, если ты снова попытаешься завладеть мною.
— Тихо, — угрожающе произнес Грин Грин. — Я вернул тебя к жизни. Я заманил сюда этого человека, чтобы убить, но мне пришлось подчиниться воле другого человека, который, к счастью или к несчастью, имеет такое же намерение по отношению к Сандау. Но сейчас наши с Френком судьбы связаны. Не забывай обо мне. Я воспроизвел тебя и я, создатель, сохраню тебя. Помоги нам в бою с врагом, и я награжу тебя.
Она вышла из-под света, и до нас донесся ее смех.
— Нет! — воскликнула она. — Нет! Благодарю!
— Но я тебя любил, — промолвил я.
Наступила тишина, затем она прошептала:
— И ты смог бы снова полюбить меня?
— Не знаю, но ты что-то для меня значишь, что-то очень важное…
— Проходите мимо. Все долги списаны. Иди, ищи Шендона на свою погибель.
— Когда-то ты была моя, и это очень много для меня значило. Леди Карли, я никогда не забывал о тебе, даже когда ты ушла. И Альгольскую Десятку я не трогал, хотя часто говорят, что это моих рук дело.
— В этом я уверена.
— Я могу доказать тебе обратное.
— Не старайся. Уходи!
— Хорошо. Но я не перестану…
— Что не перестанешь?
— Думать о тебе, хоть немного.
— Уходите, пожалуйста, уходите!
Что нам оставалось делать?
Все это время мы разговаривали на дралмине. Я даже не заметил, как переключился на него с английского. Забавно!
— Ты любил многих женщин, Френк? — прервал молчание Грин Грин.
— Да.
— Ты говорил ей правду… что будешь думать о ней?
— Да.
Мы шли по спуску, пока внизу я не различил свет в окне шале. И тут на тропе появился еще один силуэт. Он приблизился.
— Ник!
— Верно, мистер, это я! Будь я проклят, это его голос. Подойдите-ка поближе!
— Сейчас.
Я осветил себя лучом фонарика, чтобы ему было видно.
— Боже! Это действительно ты! Тот парень, внизу, он свихнулся. Ты знаешь, он хочет тебя убрать.
— Догадываюсь.
