— Теперь все в порядке, друзья, — произносит он, — и мы можем начинать. Я знаю, вы сами увидите, что ждали не напрасно. Как я объявлял ранее, этот человек, Домлин, готов совершить самоубийство прямо на ваших глазах. По личным причинам покидает он Большую Гонку и решил заработать немного денег для своей семьи, согласившись сделать это на людях. За его представлением последуют самые настоящие похороны в этой самой земле, на которой вы сейчас стоите. Несомненно, прошло очень много времени с тех пор, как кто-нибудь из вас видел настоящую смерть, и я сомневаюсь, чтобы кто-нибудь из присутствующих хоть раз видел похороны. Поэтому мы почти готовы передать это наше представление в руки проповедника и мистера Домлина. Похлопаем им обоим.
Из тента доносятся звуки аплодисментов.
— … И последнее слово предостережения. Не стойте слишком близко. Мы держим наготове пожарных, несмотря на то, что каша палатка обладает полной огнестойкостью. А теперь все, начинаем!
Он спрыгивает с платформы, и Мадрак восходит на нее. Мадрак наклоняется к сидящему человеку, в то время как рядом с ним ставят жестянку с надписью «ВОСПЛАМЕНЯЮЩЕЕ».
— Вы уверены, что хотите этого? — спрашивает он сидящего.
— Да.
Он глядит человеку в глаза, но зрачки последнего не расширены и не затуманены.
— Почему?
— По личным причинам, отец. Я бы предпочел не говорить об этом. Причастите меня, пожалуйста.
Мадрак кладет свою руку на голову человека.
— Если я только буду услышан чем-нибудь, что может прислушаться, если это вообще имеет значение, я прошу, чтобы ты был прощен за все, что мог сделать и не успел сделать и что требует прощения. Соответственно, если не прощение, а что-то другое будет необходимо, чтобы принести тебе хоть малейшую пользу после того, как ты погубишь свое тело, я прошу, чтобы это другое оказалось полезным тебе. Я прошу об этом, являясь посредником между тобой и тем, что может быть не тобой, но что может получить выгоду в том, чтобы ты получил как можно больше благ, и на что может повлиять эта церемония. Аминь!
— Спасибо, отец!
— Как прекрасно! — рыдает толстая женщина с голубыми крыльями в переднем ряду.
Человек по имени Домлин поднимает жестянку с надписью «ВОСПЛАМЕНЯЮЩЕЕ», отвинчивает крышку, поливает себя с головы до ног.
— Есть у кого-нибудь сигарета? — говорит он, и коротышка протягивает ему одну.
Домлин сует руки в карман своих шорт и достает зажигалку. Затем он останавливается и смотрит на толпу. Кто-то выкрикивает:
— Зачем вы делаете это?
Тогда он улыбается и отвечает:
— Протест против жизни, которая всего лишь глупая игра. Не правда ли? Последуйте моему примеру…
Затем он достает зажигалку. К этому времени Мадрак давно уже вышел далеко за огороженный веревками круг.
Ударная волна пожара следует сразу же за пламенем. Единственный крик, как раскаленный гвоздь, проникает через все.
Шестеро, которые стоят с огнетушителями, расслабляются, когда видят, что пламя не распространяется дальше.
Мадрак складывает руки под подбородком и кладет их на посох.
Через некоторое время пламя затухает, и люди в асбестовых перчатках выходят вперед, чтобы собрать останки. В публике тихо. До сих пор еще не зазвучали аплодисменты.
— Значит, вот что это такое! — наконец шепчет кто-то, и этот шепот разносится по всему тенту.
— Возможно, — раздается веселый голос от входа в тент, — а возможно, и нет.
Головы поворачиваются за говорящим, который проходит вперед. Он — высокого роста с зеленой бородой и соответствующими глазами и волосами, он худ, у него длинный и тонкий нос, он одет в черное и зеленое.
— Это маг, — говорит кто-то, — из шоу на том берегу реки.
— Верно, — отвечает маг, кивая головой и улыбаясь, и идет вперед сквозь толпу, расчищая себе путь тростью с серебряным набалдашником. Крышка гроба закрывается, когда он останавливается и шепчет:
— Мадрак Могущественный.
Мадрак поворачивается и говорит:
— Я искал тебя.
— Я знаю. Поэтому я здесь. Но что это за глупости?
— Шоу самоубийства, — говорит Мадрак. — Человек по имени Домлин. Они забыли, что такое смерть.
— Так скоро, так скоро, — вздыхает пришедший. — Тогда давай дадим им насладиться настоящим зрелищем — замкнутым кругом!
— Брамин, я знаю, что ты можешь сделать это, не учитывая состояние, в котором он…
Коротышка в соломенной шляпе подходит к ним и смотрит на них маленькими черными глазами.
— Сэр, — говорит он Мадраку, — будете ли вы исполнять еще какие-нибудь церемонии перед похоронами?
— Я…
— Конечно, нет, — говорит Брамин. — Ведь хоронят только мертвых.
— Что вы хотите сказать?
— Этот человек не умер, он только дымится.
— Вы ошибаетесь, мистер. У нас честное шоу.
— И тем не менее я говорю, что он жив и будет ходить для вашего развлечения.
— Вы, наверное, сумасшедший.
— Всего лишь скромный драматург, — отвечает Брамин, вступая в круг.
Мадрак идет за ним. Тогда Брамин поднимает свою трость и делает ею в воздухе загадочный знак. Она загорается зеленым огнем, который затем по воздуху переносится и падает на гроб.
— Домлин, выйди вон! — говорит Брамин.
