Толпа напирает, подается вперед. Брамин и Мадрак двигаются к краю тента. Коротышка последовал было за ними, но его внимание отвлекает стук из гроба.
— Брат, нам лучше уйти, — говорит Брамин и разрезает край тента кончиком своей трости.
Когда они проходят сквозь стену в окружающий мир, крышка гроба позади медленно поднимается.
Позади них раздается какой-то звук. Это сложный звук, который состоит из криков и восклицаний.
— Жульничество!
— Верните нам наши деньги!
— Посмотрите на него!
— Какие глупцы все эти смертные, — говорит зеленый человек, который является одним из немногих живущих на свете людей, имеющих право делать такие выводы.
Он приближается, скача по небу на спине огромного зверя из вороненого металла. У зверя восемь ног и вороненые копыта. Длина его тела равна длине двух лошадей. Шея у него такой же длины, что и тело, а голова китайского божка из золота, лучи голубого света вырываются из его ноздрей, а хвост разделяется на две антенны. Он движется сквозь темноту, лежащую между звездами, и его механические ноги двигаются медленно, переступая из ничего в ничто, но каждый последующий шаг его в два раза длиннее предыдущего. Хотя каждый шаг занимает то же количество времени, что и предыдущий. Солнца мелькают, остаются позади, гаснут. Он пробегает сквозь вещество, ад, прокалывает туманности, быстрее и быстрее движется сквозь ураган падающих звезд в лесу ночи. Говорят, если его только пришпорить, он может перепрыгнуть через всю вселенную одним прыжком. Что произойдет, если он будет продолжать свой бег после этого, никто не знает.
Его наездник был когда-то человеком. Он тот, кого называют Железный Генерал. Это не тяжелые доспехи одеты на нем, это его тело. Он отключил почти всю свою человечность на протяжении этого путешествия, и он пристально смотрит сейчас прямо впереди себя мимо чешуи, покрывающей шею его скакуна и похожей на бронзовые дубовые листья. Он держит две пары поводьев, каждое толщиной с шелковую нить, пальцами левой руки. На мизинце он носит кольцо из загорелой человеческой кожи. Кожа эта когда-то принадлежала ему самому.
Куда бы он ни направился, он всегда носит с собой складное пятиструнное банджо; для него отведено специальное место, недалеко от того, где когда-то билось его сердце. Когда он играет на нем, то становится антиподом некоего Орфея, и люди следуют за ним в ад.
Он также один из немногих во всей вселенной мастеров темпоральной фуги. Говорят, что ни один человек не может прикоснуться к нему, если он сам того не пожелает.
Его скакун был когда-то лошадью.
Задумайтесь о мире под названием Блис, о его многоцветье, его схеме, его ветерках. Смотрите на мир под названием Блис, как Мегра из Калгана.
Мегра — нянечка в калганских Центральных Яслях № 73, и она знает, что мир — это дети. На Блисе живет примерно десять миллиардов человек, дышащих один на другого, и с каждой минутой их становится все больше и больше, а уходят — совсем немногие. Больные органы заменяются. Среди детей вообще нет смертности. Вопли новорожденных и смех создателей — самые частые звуки на Блисе.
Мегра из Калгана смотрит на мир сквозь кобальтового цвета глаза под длинными светлыми ресницами. Красивые пряди ее золотистых волос щекочут ее обнаженные плечи, а два тугих завитка образуют букву X, пересекаясь на лбу ее. У нее маленький носик, а рот — как крошечный голубой цветок, и у нее такой маленький подбородок, что можно даже не говорить. Она носит на груди серебряную полоску, золотой пояс на талии и короткую серебряную юбку. Она едва пяти футов росту, и от нее, естественно, пахнет цветами, которых они никогда не видела. На шее у нее золотой кулон, который становится теплым, если мужчины тайком кладут рядом с ней афродизиак.
Мегра ждала девяносто три дня, прежде чем ей удалось попасть на ярмарку. Список ожидающих был долог, потому что ярмарочное место, все разноцветное, с запахами и движением, одно из немногих открытых мест, оставшихся на Блисе. Всего четырнадцать городов имеется на Блисе, но они занимают собой все четыре континента — от моря до моря, погребены глубоко под землей и возвышаются, уходя в небо. Часть их проходит и под морями. В принципе, все они соединяются как континентальные очаги цивилизации, но так как существует четырнадцать отдельных государств с четкими территориальными правами, на Блисе имеется всего четырнадцать городов. Город Мегры — Калган, где она имеет дело с жизнью вопящей и новой, а иногда и с вопящей и старой, жизнью разноцветной, жизнью всех форм. Так как генетический код может быть заложен с целью удовлетворения специальных требований родителей и хирургически заменен на ядро оплодотворенной клетки, она может угадывать, как и что рождается. Будучи старомодными, родители Мегры мечтали о дочери с глазами цвета кобальта и сильной, как дюжина мужчин, — чтобы ребенок мог постоять в жизни сам за себя.
