Небо услышало Индейца! Заказы посыпались с удвоенной силой. Он стал работать без выходных, с перерывом на еду и сон, ежедневно «отстёгивая» на «алтарь» Волги по двести пятьдесят долларов. Проведя в таком режиме два с половиной месяца, он полностью расплатился со всеми долгами.
1UZ-FE с приличным ресурсом доставили с разборки. В паре с ним прибыл пятиступенчатый автомат. Подвеску «зажимать» не стали. Спецы знали: если на старый советский кузов поставить подобный двигатель и компоненты, увеличивающие жёсткость, то металл быстро "устанет". Пружины, амортизаторы и рессоры остались «родные».
Донором тормозной системы стал Nissan Primera p11. Эти тормоза не в первый раз использовались на подобных проектах и отлично себя зарекомендовали. Они были дополнены перфорированными дисками и колодками ADViCS SPORT, так как машина обещала стать «злой» и на этом решили не экономить. Гидроусилитель взяли от ГАЗ - 31105. Колеса - естественно новые, на низкопрофильной резине, но с «родными» волговскими колпаками. Углы. С ними пришлось повозиться. Передние колеса немного «завалили». Машина сохраняла устойчивость даже на нетипичных для себя скоростях.
В салоне было переделано, перешито и переклеено все! Оставаясь аутентичным, он стал серо-чёрным и скрыл в себе органы управления кондиционером, электростеклоподъёмниками и акустической системой. Даже рычаг «автомата» был закамуфлирован под ручку механической КПП.
Волгу выкрасили в благородный тёмно-серый цвет, хром восстановили, а стёкла отполировали. Выглядела она великолепно! На сборочном конвейере подобные Волги смотрелись куда проще.
Карен «включил» свои связи - и в течение недели Волга «получила» техпаспорт, а Индеец - права.
Пробный выезд состоялся солнечным утром, в первых числах апреля. Комфорт и энергоёмкость подвески никуда не делись, она лишь стала немного жёстче на низкопрофильной резине. Но ускорение! С места до сотни за семь секунд! Такого от Волги точно никто не ожидал. Она набирала скорость, словно локомотив! Индеец растворился в эйфории и плыл на седьмом небе... Теперь у него есть машина, которую он заслужил.
На несколько дней автоэлектрик превратился в большого ребёнка. Он работал за своим стендом, не был рассеян, и всё у него получалось. Только, наверное, чаще чем прежде, стал выходить во двор, чтобы снова увидеть игрушку, без которой не будет счастья.
Карен был доволен, получив то, что хотел: его долг в небесном депозите был погашен, земные деньги вернулись. Потягивая дым любимого Жетана, он наблюдал за Индейцем, замечая мелочи, недоступные другим. Почему никто не смотрит на его руки, никто не видит, как ладони, вечно сжатые в кулаки, становятся мягкими, скользя, словно беличьи кисти, по зеркальному хрому дверных ручек? И если бы рядом была женщина, то без ревности не обошлось бы...
Меньше всего Волге удивилась Алла Ивановна. У неё был железобетонный стереотип: на такой машине ездят только серьёзные люди, слова которых не расходятся с делом, на прочих же иномарках - бандиты и торгаши. Она даже расплакалась, когда Индеец впервые пересёк гаражный въезд «Челюскинца» на сверкающей газ-24. Это было круче, чем явление победителя, въезжающего в Рим на квадриге* через Триумфальные ворота.
Приближалась Пасха две тысячи девятнадцатого года. Самое время привести родительские могилы в порядок. Работы на Щегловском кладбище, немыслимые в прежних обстоятельствах, запланированы на ближайшее субботнее утро. Накануне, в пятницу, Индеец заехал на радиорынок. Купил тактическую аптечку с антишоковым средством и немецкий противоосколочный жилет. Он практичнее бронника, если нужно физически работать. Все это не было лишним. Кладбище располагалось недалеко от посёлка Спартак. А за посёлком - серая зона и вражеские огневые точки. Укровоины периодически накрывали погост не только ствольной артиллерией, но и сто двадцатыми миномётами. Зачем? Потому что могли. Впереди - поминальная Радоница, и множество людей придут на могилы для весенних работ.
Индеец впервые добирался на кладбище своей машиной. Поехал через Гвардейку, немного поплутал, но добрался. Все оказалось проще, чем предполагалось. Возле кладбищенской конторы на центральный аллее пристроили будку камнерезов. Там предлагали полную реставрацию могил. Не было нужды мелочиться, поэтому он купил все: общий памятник из габбро, плитку ФЭМ, кованую ограду и новую скамью. Заказ обещали сделать и установить за две недели, до Радоницы. Индеец усадил мастера в машину и повёз показывать могилу. Тот оказался болтлив, сыпал комплименты Волге, пытаясь сделать телефоном ее фотографии. Пришлось «промурчать» несколько слов - камнерез угомонился.
