- Телух, ты мне мозги не е*и! Меня за зубастой стенкой ещё вчера коллективно обсудили без вазелина, - лубянский кабинет выгуливал красноликого генерала с почётными грамотами от стены к дивану и обратно. - Ты зачем туда поставлен?
- Порядок навести. - Телух застыл на персидском ковре, не решаясь топтать высокий ворс.
- Порядок, б*я... Порядок - в танковых войсках! Твоя задача - список!!! Аипов заварил такую кашу, что до сих пор икается! - «Красноликий» вырос перед Телухом, заложив руки за спину. - Мне нужен список его целей. Полный список! А то устроил, понимаешь, опричнину! Выкусил четырёх игроков из промбезопасности, и все! Пошла грызня! Не ко времени. Вдруг война, а мы уставшие, а? - генерал буравил «собеседника» взглядом. - Если списка не нашли в документах татарина, тогда ищите исполнителя. У него он точно должен быть. Где этот пи*дёныш?!
- В разработке.
- Тогда ищите! Только быстро, времени в обрез. Сейчас июль, к началу весны где-нибудь, да порвётся...
***
Протиралось всё, к чему прикасался: инструмент, провода, «МОНка» и даже велосипед.
«Не стоит сорить отпечатками, пока ещё стерилен.»
Провода спускались в боковой «каменный мешок». Там Индеец приспособил себе «позицию». Когда-то давно это было входом в подвал, но каменные ступени, ведущие вниз, упирались в бетонную стену - дверной проём замуровали.
«Если не сработают запалы, тут меня и пристрелят. Хорошо бы под аркой насыпать чего-то хрустящего: когда побежит толпа, не придётся выглядывать и подставлять башку. Услышу и так.»
Игнат рассыпал большие оконные осколки под чугунной аркой и, прихватив мешок с хиппанскими шмотками, спустился в открытый люк дождевого коллектора. Светодиодный луч скользнул по полу и потерялся в непроглядной перспективе огромной каменной трубы, протянувшейся под всем кварталом - с путями отхода он определился ещё в прошлый раз.
«Перчатки напялю потом. Теперь точно всё, пора.»
Бросив мешок у дальнего поворота, Индеец вернулся и полез наверх...
- No todos a la vez, idiotas! (не все сразу, идиоты!), - Папа-Хосе пролил горячую гущу на грудь, безнадёжно испортив крахмальную сорочку.
Взрывом тряхнуло в тот самый момент, когда «дедушка» листал утреннюю газету, попивая эспрессо из крохотной чашки. Что-то небольшое рвануло внизу, у входа.
- Граната! - заорал маленький Хосе и кинулся на лестницу, выхватывая золочёный ствол. Потом ещё один взрыв, но уже внутри. Горячие «La Eme» выбежали из комнат, щёлкали затворами, поспешая на подмогу младшему боссу. Крики, топот и шальная стрельба рассыпались горохом прямо под дубовыми окнами. И снова «бум», но только дальше, где-то за углом. Содрав испорченную свежесть, Хосе накинул чистую рубашку, дослал намоленный патрон в патронник вороной беретты... Да так и замер.
Почему-то вспомнилось о русском и его пистолете. Тот самый ПМ «прилёг» в сейфе, и Папа высушил мозг, вращая ствол меж пальцев, но так и не понял, почему за рядовую железяку заплачено столько денег...
Адреналин...
«В слюне и слезе».
Индеец выглянул из-за угла, смакуя забытый вкус. Несколько камер пялились на парковку с одинокой машиной, и ни одного «глаза» в его сторону. Подкравшись ближе, человек в тёмных очках и комбезе чиркнул взрывпакетом и забросил его точно под днище «Майбаха».
Фугасный эффект от самодела вышел неожиданно сильным: бронированный «членовоз» даже немного подпрыгнул, выпустив по сторонам струйки сизого дыма. Все это успел увидеть выбежавший охранник, прежде чем получил арматуриной по шее. Ствол - из кобуры, тело - в каморку, взрывпакет - за дверь: бах!
Игнат нарочно стрелял мимо, чтобы никого не ранить и не разделить группу. Миновав поворот, он забежал в кирпичное ущелье и забился в бетонную «лёжку». Латиносы осмелели. Зная, что деваться «бомбисту» некуда, пошли плотной шеренгой, стреляя от бедра.
Как только шаги последнего отхрустели битым стеклом, Индеец нажал кнопку... Каленая шрапнель расклевала бритые затылки - добивать никого не пришлось.
«Двести восемь... Двести семь... Двести шесть...»
Обратный отсчёт Игнат зарядил ещё от «Майбаха», от взрыва под ним. По его прикидкам, полиция прибудет минут за пять. Вот он и считал про себя, исправно строгая секунды. Чугунная арка лопнула. Тридцатифунтовая «шутиха» «усадила» так, что пришлось трясти головой, продувая нос - не контузия, конечно, но уши заложило крепко. Из оброненного «La Eme» железа, «бомбист» подобрал только годное: китайский АК, да армейский кольт. Всё по делу. Оставался сейф, Папа-Хосе и «на съ*б».
«Семьдесят семь... Семьдесят шесть... Семьдесят пять...»
Наконец-то МЕ8372 лёг на дно рюкзака, придавленный восемью килограммами банковской бумаги. Именно столько хранилось в сейфе - почти восемьсот тысяч долларов. А дедушку Игнат «зажмурил». Одиночными из АК.
Даже в коллекторе слышался вой полицейских сирен. Игнат переоделся, приколол значок с пацификом на рюкзак и растворился во мраке трубы.
Четырьмя часами позже, одинокий хипарь с увесистым рюкзаком стоял на калифорнийской трассе, подняв большой палец...
Его подобрал грузовик - бескапотный «Фредлайнер».
